— Ну и хорошо. Я педиатра вызвала, у Маши температура, — я поднялся на ноги и устремился в спальню мамы. Только этого не хватало.
— Герман, дети часто болеют. — возможно мама права, но я не хочу, чтобы Маша болела. Дочка спала. Хотелось взять ее на руки, прижать к себе.
— Пусть поспит, не буди, — будто прочла мои мысли мама. Она взяла меня за руку и кивнула на дверь. — Что вы решили? — спросила родительница, когда мы вышли в коридор.
— Что мы могли решить, мам? Думаешь, я могу на Полину давить? Успокоится, постараюсь повлиять на ее решение.
— Поля себя потом всю жизнь винить будет, если придется… — махнула родительница рукой. Я это и сам прекрасно понимал. Ну не было тут выхода… Не было!
— Нужно еще тесты купить, убедиться, что она точно беременна. — как же я надеялся, что результат будет отрицательным.
— Ты бы лучше ее доктору позвонил, поговорил. Может он сможет Полину уговорить. — я был так расстроен и озадачен, что даже не подумал об этом.
Я тут же сходил в комнату за телефоном.
Набрал врачу.
— Анатолий Романович, добрый день. Это Герман Черногоров вас беспокоит.
— Узнал. Как Полина? — сразу понял он причину звонка.
— Ее сегодня утром тошнило. Тест на беременность показал две полоски, — сразу перешел я к причине звонка.
— Она принимает сейчас гормональные препараты, поэтому тесту верить не стоит. Приезжайте в клинику и сдайте анализ крови. Он покажет точный результат.
— Анатолий Романович, если окажется, что Полина беременна?.. — я представлял последствия, но хотел услышать компетентное мнение.
— Герман Андреевич, я не имею морального права настаивать на аборте, но хочу, чтобы вы знали, если пациентка решит сохранить беременность, медицина может оказаться бессильна. Резкий всплеск гормонов, отказ от терапии, невозможность вовремя провести операцию. Опухоль не будет ждать.
Я это понимал, Полина тоже… В моей голове все время звучали один и те же вопросы с тех пор, как я услышал от нее новость.
Как уговорить Полину на аборт и не остаться в ее глазах демоном? Как сделать так, чтобы Поля себя ни в чем не винила?
Глава 35
Герман"
"Полина спала.
Я ходил из спальни в спальню, смотрел на своих любимых девочек и ужасно переживал за обеих. Злился на педиатра, который так долго до нас добирался. Маша уже проснулась и капризничала. Мы с мамой не выпускали ее из рук. Чувствовал себя таким беспомощный.
