— У Гайи был роман с ее сводным братом, и Кассио узнал об этом. Мансуэто подозревал, что отцом ребенка был Андреа, и тест подтвердил его подозрения.
— Теперь ты здесь, потому что хочешь, чтобы твой сын стал законным наследником Кассио, а не Даниэле.
— Нет, — прошептала я в ужасе. — Я не хочу, чтобы Кассио узнал об этом. Не хочу, чтобы кто-нибудь узнал, вот почему я здесь. Я прошу тебя заставить моих родителей замолчать. Они знают, и им не терпится распространить эту новость.
Лука посмотрел на меня, и часть жестокости ускользнула.
— Ты не хочешь, чтобы твой сын стал Младшим Боссом.
— Даниэле тоже мой сын.
Лука несколько мгновений смотрел в сторону.
— Держать такие новости в секрете очень трудно.
— Никто не знает, кроме моих родителей, брата и Мансуэто. Мансуэто никому не расскажет, потому что боится реакции Кассио, но мои родители это сделают. Мой отец ужасно боится тебя. Если ты поговоришь с ним, он будет молчать.
Мрачная улыбка тронула его губы.
— Ты хочешь, чтобы я угрожал твоим родителям?
— Достаточно того, что ты угрожаешь моему отцу.
Моя мать сделает так, как он говорит. Она очень послушная.
— Очевидно, эта черта не досталась тебе по наследству.
Я покраснела, не зная, похвала это или нет.
— Я делаю то, что считаю правильным.
Лука стоял, возвышаясь надо мной.
— Твой муж сказал мне, что убил Андреа, потому что тот был крысой. А теперь я узнаю, что он убил человека, который трахал его жену. Кассио солгал мне об одном из моих солдат. Мне нужно с ним поговорить.
Земля разверзлась подо мной, поняв, что это значит.
Кассио солгал своему Капо. Это может быть истолковано как предательство.
Я с трудом поднялась на ноги и, шатаясь, подошла к Луке, схватив его за руку. Мне было все равно, если выражение его лица поставит взрослых мужчин на колени, если он будет одним из самых страшных людей в Штатах, с которым в своей жестокости могут соперничать только монстры в Вегасе. Лука не станет убивать свою беременную кузину, но он может убить отца еще не родившегося ребенка.
— Он был сломлен из-за Гайи, сошел с ума от боли и гнева. Он сам не знал, что делает."
"Выражение лица Луки не изменилось. Может, мои слова только ухудшили ситуацию? Если Лука думает, что Кассио действует импульсивно, подстегиваемый своими эмоциями, он может убрать его еще быстрее. Желчь поползла вверх по моему горлу.
— Андреа все равно мог быть крысой. Я не знаю.
Лука вырвал свою руку из моей хватки.
— Я поговорю с Кассио, и он мне все объяснит.
