Я почувствовала, как холодный воздух коснулся моей мокрой плоти. А потом его язык оказался напротив меня, согревая. Он осторожно облизал меня, зная, что я все еще слишком чувствительна. Я обмякла на столе, повиснув на его краю, когда мои ноги подкосились.
Вскоре удовольствие снова нарастало, и оно стало еще голоднее, а плеск превратился в волнение. Тогда я потеряла всякое чувство времени, позволив Кассио взять все под контроль, позволив ему доставить мне удовольствие и взять свое, пока я не почувствовала себя почти безумной.
В конце концов мы оба растянулись на бильярдном столе, тяжело дыша. Я была почти уверена, что завтра у меня будут ссадины от ковра и несколько синяков, но мне было все равно.
— Иногда я думаю, что скажу Даниэле, когда он станет старше и потребует ответов. Он удивится, почему половина его семьи умерла.
Я повернулась к нему, затем перевернулась и оперлась на его грудь, положив подбородок на сцепленные пальцы.
— У тебя виноватый голос.
— Иногда я чувствую себя виноватым.
— Тебе пришлось убить Андреа. Даже если бы ты не убил его в приступе ярости, тебе все равно пришлось бы убить его за то, что он предатель.
— Я так и не получил подтверждения. Я не стал расспрашивать ни его, ни Гайю. Мне следовало бы это сделать, но я убил его прежде, чем смог вытрясти из него правду. А она… я просто не мог выжать из нее информацию подобным образом. Она все равно ничего бы мне не сказала.
Я прикусила нижнюю губу.
— Андреа был предателем. Все указывало на это, так что его смерть была неизбежна.
Смерть Гайи была результатом их запретного романа и потому тоже неизбежна. Это был ее выбор, и ты ничего не мог сделать, чтобы остановить это.
— Я также убил бабушку и дедушку Даниэле и Симоны.
— Однажды Даниэле начнет задавать вопросы, и мы на них ответим. Мы скажем ему, что Андреа был предателем и сбежал. Его предательство разбило сердце его сестры, поэтому она покончила с собой, и их родители не могли жить, потеряв обоих своих детей.
Это история, которую мало кто мог бы оспорить, а те, кто мог бы, не станут.
Его ладонь ласкала мою спину.
— Не думал, что ты из тех, кто предпочитает ложь.
— Если это защитит тебя и детей.
Кассио вздохнул, его сильная грудь вздымалась под моим подбородком.
— Ему придется простить меня за все, что он имеет против меня.
Глава 19
ДЖУЛИЯЗа два дня до дня рождения Даниэле, когда стало ясно, что мы проведем выходные в пляжном домике, я позвонила Мие.
