— Вот и хорошо, — Ворон заметно расслабился, словно мой ответ был для него почему-то важен. — Тогда никаких препятствий точно нет, арку невинности ты пройдешь.
— Нельзя жить с человеком и не выдать, что владеешь запретным даром. Рано или поздно он обо всем узнает.
— Да. Поэтому нужно выбирать из тех, кому известно, что ты метаморф.
Мастер снова подобрался и глаза его как-то странно сверкнули.
Из тех, кому известно? На сегодняшний день таких трое. Лис — еще мальчишка. Крыс — уже старик. Да и не очень-то он похож на того, кто горит желанием заботится о непонятной иномирянке, решать ее проблемы и защищать от постоянно возникающих неприятностей.
Хотя… Уточнить все-таки не мешает.
— Это вы на своего мага намекаете?
— Крыс женат, — спокойно — слишком спокойно — ответил Ворон.
Выходит, о себе говорил, в чем я, собственно, и не сомневалась.
Нет, я не обольщалась на свой счет. Вряд ли местный криминальный авторитет пожалел чужачку, проникся ее бедами, очаровался или полюбил с первого взгляда настолько, чтобы тут же предложить руку, сердце и дополнительным бонусом — все материальные ценности.
Скорее, им руководил холодный, трезвый расчет, абсолютно корыстный и выверенный: заполучить ценного метаморфа в вечное безраздельное, бесплатное пользование. Ну и «бабу в койку», когда настроение такое появится.
— Спасибо за щедрое предложение. — Надеюсь, мне удалось сдержаться, и Ворон не уловил сарказма в тоне. Все-таки лишний раз дразнить здешнего «владыку» не стоит. — Но я, пожалуй, откажусь.
Мне не нравится, что при венчании жених получает полную власть над будущей женой. Это не просто вдовье опекунство, а право собственности, как на вещь. И отменить его невозможно. Я предпочитаю быть партнером, а не вещью, поэтому, боюсь, выйти замуж в вашем мире мне вообще не грозит. Никогда.
Ворон прищурился. Нехорошо так. В темных глазах вспыхнуло мрачное, злое пламя, а ноздри крупного с хищной горбинкой носа чуть заметно затрепетали, выдавая гнев хозяина. Он сжал кулаки и подался вперед, ко мне.
В памяти вихрем пронеслись воспоминания о том, как его пальцы обхватывают мою шею… сжимаются… Во рту мгновенно пересохло, и я невольно попятилась.
Но мастер удивил.
Резко выдохнул, разжимая кулаки, передернул плечами, и с насмешливой улыбкой произнес:
— Значит, все-таки желаешь стать равной? Без скидок и снисхождений? И готова принять все последствия своего решения? Уверена, что выдержишь? Ну, если так… Показывай свои бумажки.
