Со стороны, наверное, казалось, что Вилмот ко мне обращался, но я-то знала, в эту минуту он думал о настоящей Беларе.
Гадкий он временами человечишко, что уж скрывать, но жену любит искренне, почти самоотверженно. За это ему многое можно простить.
Я подняла голову и столкнулась со взглядом инквизитора. Пользуясь всеобщим замешательством, Рэйнард наблюдал за мной. Пристально. Не отрываясь. Лицо его казалось бесстрастным, но мне почудилось, что в синих глазах отражается внутренняя борьба, словно он недоволен происходящим, и еще какое-то странное чувство, похожее на… жалость.
Что ему надо? Желает знать, смогу ли я проглотить хоть капельку экзотического деликатеса? Изучает, как зверька в зоопарке? Или опасается, что не вынесу неприятных воспоминаний и в обморок грохнусь?
На Атхоре моим девизом стало: «Будь незаметной. Прячься. Не высовывайся».
Но этот мужчина всегда, с самой первой встречи, очень странно на меня действовал, будил самые противоречивые чувства, точно подталкивая к опрометчивым поступкам.
Вот и сейчас неожиданно захотелось бросить вызов.
И я, не разрывая взгляда, аккуратно отрезала кусочек иши, втянула воздух, будто наслаждаясь прекрасным запахом, и аккуратно положила «лакомство» в рот.
А потом любезно улыбнулась сидящему напротив лорду.
Удар сердца…
Еще один…
Светлейший отвернулся первым — хмыкнул чуть иронично, но совсем не зло, в глазах заискрились смешинки, словно от хорошей шутки, и он наклонился к эрлу Тшииру, о чем-то спрашивая. Тот согласно кивнул, и Рэйнард вернулся к изучению остальных конкурсантов, видимо, пытаясь вычислить, кто из них ночью подбросил мне в спальню кайша.
Удостоенные его внимания пары — и без того с огромным трудом впихивающие в себя «подарочек» горцев — окончательно растерялись. Краснели, бледнели, начинали давиться и кашлять. Лично мне так и не удалось понять, имеет ли хоть кто-нибудь из них отношение к нападению. Вызвано ли их поведение страхом перед разоблачением, или это просто естественное отвращение к экзотической еде, что нам подали, боязнь опозориться и провалить испытание? Может, инквизитору повезет больше.
Он в этом деле мастер."
"Не всем присутствующим удалось сдержаться и достойно завершить завтрак. Особенно, когда Тшиир вдруг принялся очень красочно, в деталях описывать, как он охотился на своего первого кайша, а затем его разделывал. Одна из дам — самая юная, та, что спрашивала про запах — вскочила, содрогаясь в рвотных спазмах, прижала ладонь ко рту и выбежала из столовой.
