– Что такое?
Она поймала его взгляд, и выражение ее глаз едва не заставило его упасть на колени прямо тут, в хранилище.
– Это очень приятно.
Эта женщина дразнит его! И это просто восхитительно. Он уже затвердел, как сталь. И тогда Дьявол чуть ослабил объятия, взял ее за талию и усадил на лед. Она удивленно пискнула, а он встал у нее между ног. Тяжелые юбки не давали приблизиться как следует, что, пожалуй, было только к лучшему.
Безусловно, к лучшему.
И чертовски паршиво.
– Это не… – Она, задыхаясь, осеклась.
Дьявол снова потянулся к ней и сказал:
– Это неприлично для леди.
Она помотала головой, прикусив нижнюю губу.
– Неприлично, но мне все равно.
Тут он не выдержал и засмеялся, коротко, грубовато.
– Это восхитительно. Покажи мне еще что-нибудь.
И его смех перешел в стон.
Одной рукой он притянул ее к себе, другую положил на нежную обнаженную лодыжку под юбкой.
– На тебе нет чулок, – прошептал он ей на ухо.
– Сейчас июнь, – ответила она.
– А в июне женщины могут обходиться без чулок?
Она опустила голову, и он восхитился ее смущением.
– Я не ожидала, что кто-нибудь увидит.
– Я не вижу, – прошептал он, вкладывая в эти слова все свое разочарование и наслаждаясь ее ответным смехом.
– И уж точно не ожидала, что кто-нибудь это нащупает.
– Ммм, – протянул он, скользнув рукой выше. – Вот поэтому быть пламенем так сложно, Фелисити… мотылькам очень хочется его потрогать.
– Покажи мне, – шепнула она.
Помоги ему Господь! Он послушался, вновь завладев ее губами и позволив руке скользнуть еще выше, откидывая юбки за колено, обнажая длинную, нежную ногу.
Он обхватил ладонью ее бедро, приподнял ногу, прижался ближе, и будь он проклят, если она не скользнула по льду ему навстречу.
Он проложил поцелуями дорожку по ее плечу, спустился ниже, к холмику груди.
– Здесь? – прошептал он, задержавшись на том месте, где ее грудь выступала из-под белого кружева лифа. Поднял руку, потянул лиф вниз, обнажив грудь настолько, чтобы появился верхний край соска.
– Или здесь?
Он лизнул нежную кожу, наслаждаясь тем, как она дернулась под его языком. Фелисити зашипела, и он отодвинулся.
– Ты замерзла?
Она замотала головой.
– Нет. Нет. Нет. Нет! – Пальцы, запутавшиеся у него в волосах, сжались крепче, она приподнялась ему навстречу, сокращая между ними расстояние. – Еще, пожалуйста!
Все, чего она хочет. Все, что угодно.
Он застонал и еще ниже стянул лиф, обнажив сосок.
