Я ощущала бурление и пульсацию его крови, согревающей кожу, и глубокие вдохи, наполняющие чистым воздухом мои собственные легкие.
Внезапно Джейми просунул руки мне под мышки и резко поднял.
— Внутри, — сказал он хриплым голосом. — Я хочу быть внутри тебя.
Я кое-как встала, запутавшись в юбках, и он снова лег на кровать. Последовала краткая возня, а затем — внезапное, твердое, скользящее слияние, такое предсказуемое и неожиданное одновременно. Мы оба вздохнули и прижались друг к другу.
Через несколько мгновений я легла на него, разомлевшая и абсолютно счастливая.
Сердце Джейми билось подо мной, медленно и сильно. Вдохнув, я почувствовала острый горький запах.
— Ты чудесно пахнешь.
— Что? — Он повернул голову и обнюхал ворот рубашки. — Господи, я воняю, как дохлый кабан.
— Да, — сказала я. — Слава богу.
154
Не страшитесь вести переговоры, не ведите переговоры из страха[337]
Я разбивала молотком кусочки смолы асафетиды, когда Джейми просунул голову в хирургическую.
— Господи, саксоночка.
— Он зажал нос двумя пальцами. — Что это за хреновина? И зачем ты колотишь по ней молотком?
— Асафетида. — Отступив на шаг, я наконец выдохнула. — Ее получают из корней растения ферула. Извлечь сок относительно просто, а вот застывшая смола очень твердая, и ее нельзя натереть на терке, приходится разбивать комки молотком или камнями. Гм…
Тут до меня дошло, что инструмент вообще-то принадлежит Джейми, и я протянула его рукоятью вперед, как сложенный меч.
— Он тебе нужен?
Удерживая молоток на расстоянии вытянутой руки, Джейми осмотрел его на наличие повреждений, затем покачал головой и отдал обратно.
— Да ничего. Только вымой, прежде чем вернуть, хорошо? Случайно, не эту штуку называют дьявольским навозом?
— Ну да. Мне говорили, там, где она растет, ее используют как пряность. В пищу.
Судя по выражению лица, он хотел плюнуть, но сдержался.
— Кто говорил?
— Джон Грей. Наверное, в приготовленном виде она вкуснее, — поспешно добавила я. — Ты пришел сюда с какой-то целью или просто искал свой молоток?
— Ах да.
Меня послали спросить, не выступишь ли ты в качестве свидетеля.
— Чего? — Я уже растирала в ладонях угольную пыль, чтобы избавиться от вони.
— Я и сам не уверен. Прямо сейчас это больше напоминает бедлам, но дело может обернуться свадьбой, если они перестанут кричать.
Я не стала тратить время на выяснение подробностей; быстро смыв уголь и вытерев руки фартуком, я пошла за ним по коридору в гостиную.
