Макьюэн сказал, что это лишь небольшой шажок вперед и до полного исцеления еще далеко.
Удалось ли мне хоть немного помочь?"
"Я скептически посмотрела на ладонь. Она выглядела как обычно: пятна от черники; почти затянувшийся порез на среднем пальце; ожог на большом (пламя очага перекинулось на бекон, и я взялась за рукоять чугунной сковородки на ножках, забыв о прихватке). Никаких признаков голубого свечения.
— Что это, бабуля? — Аманда свесилась со стола, разглядывая мою руку.
— Ты про темное пятно? По-моему, чернила.
Я вчера заполняла историю болезни одной пациентки, Кирсти Уилсон. У нее сыпь. — Сначала я решила, что это реакция на ядовитый сумах, но сыпь все никак не проходила. Хотя температура была нормальной. Может, крапивница? Или проявление атипичного псориаза?
— Нет, вот тута! — Мэнди ткнула пухлым влажным пальчиком в основание ладони. — Буква! — Внучка вытянула шею, чтобы разглядеть получше; черные кудряшки щекотали мне кожу. — Буква «Д»! Как в «Дземми»! — ликующе заявила она. Но тут же насупилась.
— Ненавизу Дземми.
— Кхм…
Я пришла в замешательство. Это действительно была буква «Д». Тонкий белый шрам почти сошел и виднелся лишь под определенным углом. Джейми нацарапал на моей руке первую букву своего имени, когда я покидала его перед битвой при Каллодене. Оставляла на верную смерть, убегая сквозь камни, чтобы спасти нерожденного ребенка. Нашего ребенка. А если бы я этого не сделала?
Я посмотрела на кареглазую, темноволосую внучку — прекрасную, как наливное яблочко. Снаружи послышался дружный хохот: отец и сын над чем-то смеялись.
Нам с Джейми пришлось жить порознь долгих двадцать лет, полных боли, опасности и страданий. Но оно того стоило.
— Это первая буква имени дедушки. Его ведь зовут Джейми, — пояснила я малышке.
Она кивнула, полностью удовлетворенная ответом, и прижала к груди мокрую Эсмеральду. Я коснулась внучкиной раскрасневшейся щеки, на мгновение представив, что мои пальцы источают голубое сияние.
— Мэнди, какого цвета мои волосы? — спросила я, поддавшись внезапному порыву.
«Когда твои волосы станут белыми, ты обретешь полную силу». Так сказала мне старуха-знахарка из племени тускарора много лет назад. Она наговорила еще кучу других странных вещей.
Мэнди внимательно посмотрела на меня и решительно заявила:
— Пятнистого!
— Что?.. Святые небеса, откуда ты взяла это слово?
— Дядя Джо научил. Он говорит, что старый Барсук такого цвета.
— Что еще за барсук?
— Песик тети Гейл.
— Что ж, — пробормотала я.
