Сейчас все — и Рома, и гости, и камеры журналистов нацелены на умирающего прямо посреди свадьбы сына Мирона Марковича. И в этом во всем виновата я.
Я же шаг за шагом отступаю, чувствуя, как сердце вырывается из груди.
Позорно сбегаю, подхватив подол платья. По дороге теряю обе туфли.
Бегу босыми ногами по мокрому газону в сторону выхода.
Свадебный лимузин ждет нас перед гостинично-ресторанным комплексом.
Ничего не подозревающий водитель жутко удивляется, когда я практически заваливаюсь в салон.
Потрепанная, заплаканная, в грязном платье, потому что несколько раз поскользнулась и упала.
— Вы… Сбежать решили? — ошарашено косится на меня мужчина.
— Просто езжайте, прошу, — говорю, заикаясь, растирая по лицу слезы вместе с несколькими слоями косметики.
— Хорошо. А куда ехать?
— Я… я не знаю. Просто по городу покружите. Я подумаю, — нажимаю на кнопку и между нами вырастает перегородка.
Домой ехать не могу. Туда сразу же рванут мои родственники. А еще надоедливые репортеры.
Сердце разрывается от тоски, стыд заполняет душу. Если Мирон Маркович не переживет нашей с
Ромой выходки — я не выдержу. Ни Рома, ни я сама себя никогда не прощу.
Мне теперь, скорее всего, придется в другой город переехать. Или вообще из сраны сбежать.
Это так ужасно. Позорно. Отвратительно. Страшно."
"Хочу проснуться, и чтобы это просто оказалось сном. Прошу.
Я щипаю себя несколько раз за руку и боль подтверждает худшее — все это реальность.
У Мирона Марковича инфаркт, Рома теперь будет от меня держаться как можно дальше, все меня будут презирать, считая что я за деньги согласилась выйти замуж за Багирова, притворяясь влюбленной в него. И никто никогда не узнает, что я и в самом деле его любила.
Безумно. Всем сердцем. И мечтала о том, что стану ему настоящей женой.
Несколько часов водитель просто кружит по городу, а я обливаюсь слезами в лимузине, который должен был отвезти нас с Ромой в аэропорт. Я так и не узнаю, какое место Рома выбрал для медового месяца.
От этого ещё горше становится, хотя на самом деле это такая мелочь в сравнении со всем случившимся.
Наконец-то я понимаю, что не могу провести весь день в машине, к тому же я точно помню, что аренда у нас проплачена до полуночи. Опускаю шторку-стекло и называю водителю адрес своего похоронного бюро. Отлично место, чтобы закончить сегодняшний день, и похоронить несбывшиеся мечты и ожидания.
