— Предположу, что до утра вы моего отсутствия не заметили. Иначе бы позвонили, чтобы узнать, где я нахожусь.
— Я пошел спать, надеясь на твое благоразумие и на то, что ты вернешься до десяти. Где ты была?
Эта ситуация показалась мне ироничной. Благодаря ей я кое о чем вспомнила - у меня толком никогда не было самостоятельности. До того, как мне исполнилось девятнадцать, я была под полной опекой родителей. Вплоть до того, что они требовали, чтобы я говорила им о том, что делаю и куда хожу. Каждое мое действие они держали под контролем.
После того, как мне исполнилось девятнадцать и я стала женой Рея, контроль надо мной уже перешел ему.
Вообще, нечто такое в знатных родах считалось нормальным – девушки не имели как такового права на самостоятельность. Опять-таки, сначала за них были ответственны родители, а потом муж.
Раньше я об этом толком не думала, а сейчас понимала насколько это неправильно. Привычный устой высшего общества, который въедался в сознание с самых ранних лет вместе с воспитанием, делал из аристократок амеб.
Неспособных на самостоятельную жизнь девушек.
В этом плане меня восхищали простолюдинки. Они работали и самостоятельно строили свою жизнь."
"Я же, в прошлой жизни подчиняясь своему воспитанию, целиком и полностью зависела от Рея. А он себя ни в чем не сковывал. Любовницу завел. Может быть, даже не одну. Мог не приходить домой и не предупреждать об этом. Никогда не спрашивал моего мнения и просто ставил перед фактом. Он же мужчина и он работает. Еще он глава семьи, а я… Какова была моя роль в прошлой жизни? Наверное, никакая.
Разве что роль женщины, которая обязана знать свое место и заниматься лишь удовлетворением своего мужчины. А еще безоговорочным послушанием ему.
— Я хотела с тобой кое о чем поговорить, — сказала отцу. — Я собираюсь переезжать.
— Куда? — папа приподнял брови. — Ты имеешь ввиду, что хочешь выбрать для себя другую спальню?
— Нет. Я имею ввиду другой дом.
— С чего такое желание? — он нахмурился. Взгляд стал более жестким.
— Ничего особенного.
Просто хочу самостоятельности и свой собственный уголок.
— Я против, Ирэн. Ты останешься в нашем доме. Спонсировать твои непонятные хотелки я не собираюсь.
— Я и не прошу. Я сказала, что хочу самостоятельности. Разве я могла бы назвать ею жизнь за ваши деньги?
— За какие финансы ты собираешься жить? Я, конечно, помню, что ты во что-то вложилась, но это не может приносить тебе достаточно денег для существования. Ирэн, я сделаю вид, что этого разговора не было.
