Красавчик, правда, отлипать не собирался.
— Но ты же об этих именах наслышана, а уж тебя-то к знати точно не причислить. — Он бесцеремонно пропустил между пальцами прядь моих волос. Улыбнулся так, что у меня на миг перехватило дыхание. — Или на дне твоей сумки в самом деле лежат проезжая и дворянские грамоты, а в Фарии тебя ждет родня?
— Я не знаю, откуда моя родня. — Я хотела сказать это ровным тоном, но голос внезапно сел, и пришлось прокашляться. — Вряд ли из Фарии. А имена… — Рассказывать про мою жизнь было совершенно незачем, пришлось немного уклониться от истины.
— Имена я впервые услышала от вас, но и титулов достаточно, чтобы понять, насколько это знатные люди.
Он смерил меня внимательным взглядом.
— Не знаешь, значит, откуда родня? Сиротка, значит?
Я промолчала. Незачем подтверждать, что вступиться за меня некому.
— И боевой факультет? Университет не каждой знатной семье по карману. Корона платит?
Да какая ему вообще разница? Может, я банк ограбила и решила вложить деньги в дело!
— Я могу идти, ваше сиятельство? — как можно вежливей спросила я.
3
— Вот же упрямая мелочь! — Он снова пропустил в руках прядь моих волос, будто погладил, и снова я зарделась. Попыталась скользнуть вдоль стены, но он оперся и второй рукой, оказавшись совсем близко. — Родерик. — Его дыхание коснулось моего лица, и меня бросило в жар. — Меня зовут Родерик.
Колени ослабли. Только полная дура не поняла бы, что ему нужно. И переулок, как на грех, пуст, хотя в двух шагах отсюда течет людской поток.
Впрочем, даже если бы рядом кто-то был — не вмешается.
Я убедилась в этом еще пять лет назад, когда улизнула с другой девчонкой в город. Не насовсем, я вовсе не собиралась сбегать. Просто я считала себя уже почти взрослой, и казалось, будто стены приюта отгораживают от настоящей жизни. Хотелось хоть одним глазком взглянуть на ту «настоящую» жизнь. Побродить по улицам, поглазеть издалека на императорский дворец, ведь все наши прогулки ограничивались садом на заднем дворе приюта.
И, может, — вдруг да повезет — увидеть в небе настоящего дракона."
"Те двое зажали нас у лавки с кружевом и лентами. Мы остановились там, чтобы полюбоваться на красоту в витринах. Сначала предлагали купить лент или каких-нибудь других безделушек, потом — угостить пирожными с кофе и, в очередной раз получив отказ, просто поволокли вот в такой же переулок. Я орала и брыкалась, но если кто и посмотрел в нашу сторону, вмешиваться не стал.
