— Зачем мне это?
Секретарь наклоняется и почти шепчет:
— Говорят, лорд Войер больше у нас не работает. Чем-то разозлил старшего лорда Шера — а тот суров и скор на расправу.
Схваченные бумаги выезжают из моей руки. Рассыпаются по столу неаккуратной кучей. Я застываю и несколько секунд бессмысленно гляжу перед собой.
Мысли настолько захватывают, так настойчиво бьют в виски, что к Траяру я через пять минут стучусь сама — хотя обещала себе держаться от него сегодня подальше.
— Заходи.
Он снова на месте, сидит в кресле, уверенный и спокойный.
Полоса на лице еле заметно розовеет.
— Мне сказали, лорд Войер… — я даже слов подобрать не могу. Всё это настолько неожиданно, ошеломляюще, ненормально, что сердце стучит как бешеное, даже если я не подхожу к этому мужчине. — Ты что? Правда его уволил?
— Я проверил твои слова. Было совсем не сложно.
— Проверил и решил, что я не вру?
Взгляд Траяра тяжелеет. Проходится по мне с каким-то особым чувством — я не понимаю, плохим или хорошим.
— Ты вчера нормально добралась?
— Да.
Конечно.
— Тогда иди работай. Тебя, уж не обессудь, я пока увольнять не собираюсь, так что придётся помучиться с моими просьбами.
С этими словами он стучит пальцем по листу, который достаёт из стопки и кладёт на стол. И еле заметно улыбается.
— Спасибо, — я произношу это так искренне, что голос пугает меня саму.
Подхожу, чтобы забрать бумагу. Траяр сегодня меня и не думает касаться — хотя наши руки близко. Только смотрит, смотрит неотрывно и как-то странно. А мне вдруг очень хочется тронуть его самой — причём даже без дурацких мыслей.
Хочется обнять его или выдать что-нибудь ещё искреннее — потому что на душе ураган.
— Я не знаю, что сказать, но это очень много для меня значит.
— Я поступил так не совсем ради тебя, — голос старшего из Шеров вдруг падает, в нём прорывается какая-то хриплая нота. — Ни за что не буду держать на работе человека, который врёт и угрожает женщинам. И тем более уж невесте моего брата.
Он просто взял и решил проблему, которая казалась мне ужасно сложной.
От которой Лаэм предпочёл сбежать.
— Лаэму ты ведь не назвал настоящую причину, да? — уточняю я негромко.
Судя по тому, что “жених” ко мне не заглянул.
— Обошёлся формулировками помягче. Сказал, что Войер врал мне и не устраивал как служащий — раз уж мы настолько боимся потревожить чувства моего брата.
Ещё более острый взгляд, от которого становится жарко. И я наконец решаю, что пора бежать.
О моей полуторочасовой задержке Траяр вообще не упоминает.
