Тяжелый груз стремительно падал с высоты метров десять и, разбрасывая щепки, прошибал дно лодки, образовывая широкую пробоину, через которую начинала стремительно набираться вода. Такую дыру клочком паруса или своим набедренником не заткнешь. Разве что сядешь задницей. Лучники доделывали дело, когда экипаж начинал метаться по тонущей лодке. Я не пожалел стрелу и убил рыжебородого верзилу, который пытался организовать работы по спасению лодки. Наверное, ее владелец. Стрела вошла в грудь чуть ниже шеи, влезла по оперение, сразу пропитавшееся кровью, покрасневшее.
Еще одна лодка средних размеров подошла к нам так, чтобы ее не достал «дельфин», но как только экипаж попробовал зацепиться за нас, был перебит лучниками. На этой лодке сразу несколько человек были в кожаных доспехах с бронзовыми бляхами. Может быть, командирская, потому что после гибели всех, кто на ней был, уцелевшие плавсредства передумали нападать, погребли к берегу. Я приказал преследовать их и добивать. Правильно защищаясь во время атаки, наши враги почему-то делали это довольно небрежно при отступлении.
Видимо, со страха забыли о защите. Я прямо таки забавлялся, убивая гребца в середине лодки и наблюдая, как цепляются весла, как она разворачивается, теряя ход, как мы догоняем, и мои лучники добивают остальных. До берега добрались две маленькие лодки, две средние и одна большая. Кое-кто выпрыгивал из них на мелководье и добирался до суши своим ходом, думая, что так будет быстрее. На берегу не задерживались, убегали вместе с зеваками в город Пунт, в котором на крепостных стенах собрались все горожане, не участвовавшие в морской битве.
Я выслал десант с «огнеметчиками», которые полили эти пять лодок жидким битумом и подожгли. Все равно мы захватили плавсредств больше, чем сможем довести до Лагаша."
"Затем мои воины занялись сбором трофеев. Голые трупы выкидывали за борт, где их тут же рвали на куски акулы. Я не ожидал, что здесь у берега так много этих тварей. Как только очередное тело падало за борт, вода там буквально начинала бурлить, потому что сразу несколько морских хищниц набрасывались на него.
По идее акулы должны были насыщаться и уплывать, но мне показалось, что никто не покидал место пиршества и все время прибывали новые едоки. Вода в районе сражения становилась все мутнее из-за крови. В этой мути сновали туда-сюда узкие гибкие силуэты с высоким верхним плавником. Даже мне, неоднократно видавшему такое, стало не по себе.
