Один из черных громил в черном, ростом за два метра и весом пара центнеров, прилепился ко мне, как черный банный лист. Куда я — туда и он. Разрешив им ползать в трюме между трубами, я понаблюдал немного, после чего пошел к себе в каюту. Негр попробовал зайти в нее вслед за мной. Тогда я сказал, мягко выражаясь, что отымею его, чернозадого предка человека, во все естественные отверстия, если он сейчас же не отправится в одно из этих отверстий сам. Представьте эту картину: я весь белый, прилетевший из зимней России и еще не успевший загореть, одетый в белую рубашку и светло-кремовые штаны, а мой, так сказать, собеседник весь черный в черном и при этом выше меня сантиметров на тридцать пять, я ему по плечо был, и тяжелее раза в два-три, но при этом я угрожаю ему.
Не поверите, я остался жив и даже отстоял неприкосновенность своей каюты. Кто-то из экипажа втихаря снял этот эпизод на мобильник и смонтировал клип. Прохожу я как-то мимо дей-рума (каюты для отдыха), а оттуда гогот. Смотрели, как их капитан, глядя снизу вверх, объясняет «горилле», что сейчас сделает с ней.
Типа скетч с белым и черным клоунами.
Видимо, это был сексуальный день для всего американского флота в Персидском заливе, потому что выслушали обещания не только от меня. За нами шло судно под иракским флагом. Когда и его попробовали остановить, иракский капитан на приличном английском языке объяснил пиндосам, что находится в территориальных водах своей страны и имеет полное право плыть, куда захочет, и везти, что захочет, а ООН в целом и американский эсминец в частности он имеет в извращенной форме.
Иракскому капитану тоже сошло с рук. Пиндосы, как и прочие трусливые бандиты, сначала лезут буром, но как только понимают, что их не боятся, сразу падают.
В черт знает каком веке до нашей эры здесь некому было беспредельничать. Нам повстречалось лишь несколько рыбачьих лодок, которые, завидев незнакомое судно, сразу гребли к берегу. Вернувшись в реку Тигр, поставил свою новую игрушку к специально построенной, каменно-деревянной пристани ниже начала канала, ведущего к Лагашу.
Отправиться в продолжительное плавание сейчас не давала весть о походе гутиев, которые опять вторглись в северные области Калама. Я ведь наобещал ниппурским жрецам, что буду защищать всех шумеров от внешних врагов.
В конце лета пришло известие, что северные города-государства, в которых преобладало семитское население, сумели отогнать гутиев.
