— Он тебя заинтересовал? — удивилась Мария.
— Ну-у, вынуждена признать, в Петре Анисимовиче что-то такое есть. Высок, статен, опять же, успел отличиться и не раз. Он определённо заслуживает некоторого внимания.
— Брось, не твоего поля ягода, — отмахнулась Долгорукова, и отправила в рот очередной оладий.
— Отчего же. Я младшая в роду, и на мне не так много обязательств, как на старших. Так что, партия с бесталанным вполне себе возможна. Опять же, в этом случае я гарантированно займу положение главы семьи.
Так что, определённо есть о чём подумать.
— Да не о чём тут думать. Он же поскрёбыш, — неожиданно для самой себя выдала Мария.
— Поскрёбыш? — вздёрнула брови Анна.
— Ну да, — с кислой миной, подтвердила Долгорукова.
Вот кто её тянул за язык⁉ Меньше всего ей хотелось расстраивать Петра, и коль скоро он не пожелал афишировать свой потенциал, то и ей не следовало этого делать. Отношение Астафьевой к нему теперь наверняка переменится.
— Хм. Вот оно как. Обидно. Но с другой стороны, кто говорит о замужестве.
— Анна! — не удержалась от восклицания Долгорукова.
— Да брось, Маша. Всем известно, что порушенную девичью честь можно и восстановить. Вопрос всего-то в цене. Причём дорого не столько из-за сложности операции, сколько сохранения тайны. Погоди. Он же с Еленой Митрофановной… Занятно.
— Доброе утро сударыни, — подошёл к столу жизнерадостно улыбающийся боярич Астафьев.
— Доброе утро, Кирилл Дмитриевич, — протянув ему ручку, поздоровалась Мария.
— Спешу сообщить, что мы готовы выдвинуться в путь, — приложившись к её пальчикам, произнёс боярич.
— Мы? — откровенно удивилась Анна, переведя взгляд с брата на его спутника.
— Виктор Карпович согласился составить мне компанию. Вы ведь знакомы, Мария Ивановна.
— Да, мы знакомы, — едва сдерживаясь, чтобы не засмеяться, ответила Долгорукова, протягивая ручку теперь уже Осипову.
Похоже родители Анны и не думали пускать дело с сердечными делами своих детей на самотёк.
Вот только если Кирилл источал готовность добиваться своего счастья, Анна и Виктор откровенно тяготились этим. На лице боярича читалась слабо прикрытая досада.
* * *Не сказать, что ночка выдалась лёгкой, но тем не менее, я успел немного вздремнуть прямо в седле. Поэтому когда мы прибыли к гостинице, я не валился с ног, хотя и не сказать, что чувствовал себя великолепно. Мне явно не помешал бы хороший отдых, хотя больше в этом нуждались наши лошади.
