Но это ладно, к этому я готов, иначе не отсвечивал бы, а вот заднюю давать, как нашкодивший щенок, это уже ни в какие ворота.
— Пройдясь с вами в танце, мне захотелось вновь испытать тот краткий миг несказанного удовольствия от вашей близости.
— И что же вы предлагаете? — обмахиваясь веером, и подбадривая меня игривой улыбкой, спросила она.
— Сударыня, позвольте мне иметь удовольствие пригласить вас на танец, — вновь поклонившись, произнёс я.
— Но как же быть, следующий танец мною уже обещан, не так ли, Аркадий Давыдович, — сложив веер, и принимая бокал вина, с досадой произнесла она.
Ч-чёрт! Слишком много народу, а потому я не видел эту парочку прежде, как не приметил и вот этого господина в мундире офицера Измайловского полка, с горжетом майора на груди. Вступать в препирательства с будущим начальством не хотелось категорически, мало ли чем это аукнется в будущем.
В принципе я не позволил себе ничего особенного, но кто их знает, этих гвардейских много о себе думающих павлинов, воспримет ещё это как личный выпад.
А потому, пора предпринять тактическое отступление. Но сохранив лицо.
— Ярцев Пётр Анисимович, помещик Землянского уезда Воронежского княжества, — коротким кивком изобразив поклон, вновь представился я.
— Изотов Аркадий Давыдович, майор гвардейского Измайловского полка, — в свою очередь представился тот."
"— Быть может в вашем расписании всё же найдётся один свободный танец и для меня, сударыня? — вновь я обратился к даме.
И чего это майор вздёрнул брови? Неужели счёл меня чересчур назойливым? Э-э-э, дядя, полегче на поворотах! Это нормально, что подошедший кавалер не ретируется по первому требованию.
Всё в рамках приличий.
А с этой-то красавицей чего творится? Даже не пригубив вино, вновь раскрыла веер и прикрыла лицо, только глазки наружу, в прищуре которых озорной блеск. Весело ей, а я уже и не знаю во что вляпался.
— Эм-м, милостивый… — начал было майор вполне дружелюбным тоном.
— Аркадий Давыдович, не уступите ли вы свой танец Петру Анисимовичу? За вами ведь ещё два, и вы в любом случае не окажетесь в накладе.
— Рад вам служить, Елена Митрофановна, — после короткой паузы, и быстрых гляделок с дамой, без намёка на неудовольствие ответил он.
Мне не могло показаться. А если и не уверен, то я могу перед внутренним взором вынуть эту картинку и рассмотреть под разными углами. В глазах Тульевой по прежнему плясали озорные огоньки, и появилась просьба.
