– Я гляжу, машина-то у тебя марки люкс! А жена говорит, дочь на все зарабатывает.
– Ну, – сказал Липницкий, – я тоже стараюсь.
– Ты бизнесмен, что ль?
– Я генерал, – объявил Андрей Данилович. – Ну, чего уставился? Генералов никогда не видел?
– Не-ет, – протянул Валера с сомнением и оглянулся на Татьяну, словно сообразуясь с ней. – Так близко не видел."
"– Ну, погляди.
– Давайте чай, остынет ведь! – заторопилась Татьяна и стала махать рукой в сторону беседки. – Валер, ну что ты, ей-богу!.. Нужно было самовар поставить!
– Давай стопки неси! И настойку калгановую! Сало подала?
– Я за рулем, – предупредил Липницкий.
– Ну, жена выпьет рюмочку!
Марина Тимофеевна ни от чего не отказывалась – ни от «рюмочки», ни от того, что она «жена», и это как-то отдельно нравилось Андрею и радовало его.
Он словно ждал от этого дня интересных и необыкновенных чудес.
В том, что Джессика привирает, он нисколько не сомневался с самого начала. Он хорошо разбирался в людях, видел многое, чего не замечали другие.
Джессика не выглядела ни испуганной, ни пришибленной и становилась такой, только когда вспоминала роль. Она была вполне прилично одета и обута, и, глядя на нее, не верилось, что ее родители пропивали все деньги до последней копейки. По большому счету незачем было ехать в Мышкин! Но ему хотелось выманить из дому Марину, чтобы она осталась с ним вдвоем, да еще в незнакомой обстановке. Чтобы они смогли поговорить… свободно и не только о детях и розовых кустах, но и еще о чем-нибудь.
В Москве это было невозможно. В ее доме все время толпился народ, а приглашать ее в ресторан казалось глупым до невозможности. Ну, посидят они в ресторане – она с прямой спиной и он с салфеткой на коленях!.. Он спросит про ее мужа, она сдержанно расскажет – как будто его на самом деле может интересовать ее муж!.. Говорят, женщины любят говорить «о прошлом и бывшем», Андрей Данилович никогда этого не понимал. Ну, можно, конечно, вспомнить хорошее и дорогое, но «прошлых и бывших» – зачем?!
На участке с тюльпанами, нарциссами и ровными, по линеечке, грядками, накрытыми пленкой, все было по-другому.
Легче, свободней.
– Садитесь, садитесь, гости дорогие. Чай у нас вкусный, потому что вода хорошая. Вот сами попробуете, удивитесь! Варенье земляничное и абрикосовое.
– Абрикосы тоже свои? – поинтересовался Липницкий, и Татьяна засмеялась.
– Покупные! Какие у нас абрикосы?!
– Да он пошутил, Тань.
– Ничего я не шутил.
