Ветер закружил вокруг Черного Генерала и вдали зазвучали его боевые барабаны. И каждый, кто когда-либо стоял под его штандартами, где бы он не находился в этот момент, услышал их звон.
— Будешь биться со мной? Ради смертной?
— Ради друга, — прорычал генерал.
— Значит таков твой путь, воин? — с небольшой насмешкой произнес голос. — Только кровь и распри?
— А что еще…
— Ты на седьмом небе, генерал, — перебил голос. — среди библиотек, где свиткам и книгам нет числа. Среди мудрецов, ведающих о науках и секретах, что не могут вообразить себе некоторые боги.
Возможно, тебе сперва стоит поискать ответы там и лишь затем хватиться за меч, словно бешенный пес. Может быть, ты сможешь спасти одного своего друга не проливая кровь другого?
Генерал с трудом унял свою ярость и гнев и еще большего усилия от него потребовалось, чтобы отвести взгляд от пустоты.
Яшмовый Император, Принцесса, Миристаль, Ляо Фень и Дергер. Лишь им он доверял. Они были его друзьями. И если Император говорил, что он мог спасти Принцессу не разрывая этих уз, то это стоило того, чтобы попытаться.
— Я вернусь, — произнес он скульптуре и исчез в вихре северного ветра.
А вместе с ним исчезло и ощущение присутствие чужого голоса. И лишь немногим позже среди цветов сада появился мужчина столь же внушительной внешности, сколь и отталкивающей своим неизмеримым уродством.
Он посмотрел на скульптуру и тихо прошептал:
— Прости.
А после этого бог Войны развернулся и отправился обратно в свои покои.
Солдат всегда должен исполнять приказы.
Какими бы тяжелыми они не были. Во всяком случае — в это верил Дергер.
* * *Хаджар вытянул руку и в неё лег длинный деревянный осколок от лестницы, некогда ведущей к плацу. Окруженный сиянием лунного озера, созданного бесчисленным множеством серпов и ударов меча, он стоял абсолютно невредимый.
Правило Арсарела не могло даже оцарапать его одежд.
И генерал, с сожалением вздохнув, взмахнул своим «оружием». И одновременно с этим вдребезги разлетелся волшебный купол, заставив мага рухнуть на трон, утирая с лица струйки крови.
Лунное озеро иссохло и разлетелось в пыль, отбросив Арсарела на иссеченную его же техниками и приемами землю. Над ним, закрывая солнце на разом вернувшим свой истинной облик небе, возвышалась фигура, отбрасывая глубокую тень.
И из-за этого бессмертному на миг показалось, что стоявший над ним словно закован в черную броню.
И только боль от простой щепки, уперевшийся ему в грудь, сняла наваждение.
