Судя по дружному воплю, мигом испарившему воображаемые капли дождя, все драконята в обеденном зале ожидали того же… но общую панику вдруг прорезал чей-то мысленный голос, полный злорадства:
«Умри! Умри! Умри!»
Однако, как ни странно, в самый последний момент ледяной удалось извернуться, и тяжёлый сталактит разбился об уступ скалы у её ног.
В пещере воцарилась мёртвая тишина.
«Скажите, как любопытно! – хмыкнул Мракокрад. – Почти в каждом будущем, что я просматривал, её должно было убить… Теперь многое должно измениться!»
Луна не успела ответить: на смену тишине внезапно пришёл невообразимый хаос.
– Хладна! – крикнул Холод.
Расправив крылья, он ринулся к сестре, разбрасывая в стороны драконят, мчавшихся прочь от опасного места. Ледяная застыла на месте, свирепо глядя на расколотый сталактит. Яростный стук её сердца Луна слышала даже несмотря на переполняющий голову шум и гам. Принцесса не верила своим глазам.
«Кто посмел покуситься на меня?»
Борясь с головокружением, Луна обернулась. Семейство земляных уже улетело вместе с большинством обедавших.
Через несколько мгновений в пещере остались только двое ледяных, Вихрь, Луна и Глин, который тоже кинулся на помощь к Хладне.
– Во имя всех лун! – воскликнул он в волнении. – Как это случилось? С тобой всё в порядке?
– Нет! – зарычала Хладна, бешено хлеща хвостом. – Кто-то пытался меня убить! Меня!
«Племянницу самой королевы Глетчер! – добавил мысленно песчаный и тут же сам себя одёрнул: – Не время для шуток, Вихрь!»
– Что? – Земляной дракончик поднял взгляд на сталактиты.
– Но… не может быть… случайность, наверное… Как мог кто-то…
– Нет, никакая не случайность! – Холод свирепо оскалился, показывая на основание отвалившегося сталактита, где ясно виднелись следы когтей. Кто-то и впрямь глубоко процарапал мягкий камень, чтобы тот упал при малейшем прикосновении.
– Но кто… – Мысли у Глина в голове тяжело зашевелились: «Она злая, но не настолько же…»
– Я скажу больше! – прошипела Хладна. – Та вчерашняя бомба тоже предназначалась мне! Кто-то хочет меня прикончить, но я доберусь до него первая, и превращу в ледяную статую, а потом разобью вдребезги своим хвостом!
Вихрь с Луной ошарашенно переглянулись.
Если она права, то… В голове у песчаного уже выстраивался ряд новых подозреваемых – всех, кто мог люто ненавидеть ледяных. Однако у Луны уже появилось тяжкое, мучительное ощущение, что она уже знает ответ.
– Нет, так нельзя, – покачал головой земляной дракончик, – и потом, этого не может быть.
