Поднимает трубку и выдает лаконично, чтобы провели меня, а я иду по коридору в полном шоке, ничего не понимаю, все мимо сознания, только вздрагиваю, когда отца вижу бледного… прикованного к кровати, с трубками, которыми обвито его тело… Единственного родного человека на всей земле…
Вспоминаю, как говорил мне, когда его на скорой увозили, как пальцы мои держал:
– Лерочка, все хорошо со мной будет, ты не переживай, дочка…"
"Все как в тумане.
Меня выводят в коридор. Я выхожу на улицу и понимаю, что дышать не могу. Тело знобит. Горючие слезы текут по щекам и голос врача в голове тарабанит:
– Вашего отца можно спасти… Нужна операция за рубежом…
Дохожу до остановки. Иду. Ничего не замечаю. Валюсь на лавку. Раскачиваюсь из стороны в сторону, прохожие мимо идут, безучастные к беде ревущей девчонки.
Обдумываю воспаленным сознанием, где могу достать подобную сумму…
Наша с папой двушка не стоит таких денег, никто в долг не даст столько, даже если всеми знакомыми папы скинемся, всеми соседями, да даже всем районом…
Эта сумма нереальная для простых людей, а в доме у нас и накоплений нет. Всегда с папой жили от получки до получки…
Папа меня один поднимал. Тихий, спокойный… здоровый… веселый всегда… Да и молодой он у меня.
Я ранний ребенок… когда мамы не стало, отец меня растил, так и не женился…
Остался верным своей единственной любви, как он называл маму…
И жизнь у нас всегда была обычная, ничего не предвещало того ужаса, который произошел… когда в одночасье все перевернулось вверх дном.
– Вашего отца можно спасти… Нужна операция за рубежом…
Качаю головой и поднимаюсь, плетусь куда глаза глядят.
Не знаю, как быть и что делать. Не нахожу выхода из сложившейся ситуации, не понимаю, как оказываюсь на дороге и слышу скрежет тормозов.
Кажется, что вся жизнь пролетает перед глазами и ничего в ней не оказывается особо запоминающегося. Машина тормозит, даже не задев меня, а я каменею, смотрю на алый капот, никак в себя прийти не могу.
