Звуки музыки на фоне всеобщего мракобесия звучали непривычно, хотя, вполне возможно, и они были частью этого мракобесия.
Поколебавшись, майор продолжил движение и через минуту прижался к стене. Подчиненные пристроились рядом, затаив дыхание. Дерево на выходе из переулка росло очень кстати – сейчас оно служило маскировкой. Орган продолжал играть – до того тягуче и душераздирающе, что становилось тоскливо. От плавных минорных переборов мурашки ползли по коже.
– Что такое, товарищ майор? – прошептал Шашкевич. – Тут у них концерт по заявкам, что ли?
– Это церковный орган, Федор, – объяснил Андрей.
– Его устанавливают в католических храмах для придания молебну торжественного сопровождения. Мощный музыкальный инструмент, занимает целую комнату. Он и клавишный, и духовой одновременно.
– Типа гармошки? – сообразил смекалистый Шашкевич.
– Ну, в принципе да.
– Так на хрена попу баян?
В другой ситуации от души бы посмеялись. Но сейчас было не до смеха. Переулок выходил на маленькую площадь, вымощенную камнем.
Пятачок окружали мрачные здания с башенками и чердачными окнами-люкарнами. Площадь венчал небольшой католический храм из красного кирпича. Стрельчатые элементы конструкций тянулись в небо. Высились две остроконечные башни с окнами-бойницами. Главное крыльцо с арочным сводом находилось справа, двустворчатые двери были распахнуты – именно оттуда и слышалась органная музыка.
В храм было несколько артиллерийских попаданий, но стены уцелели, только кое-где обвалилась кладка. Храм, способный выдержать небольшой артналет, немцы использовали в качестве лазарета.
У крыльца стояли грузовые машины с красными крестами на бортах. Одна из них разгружалась. Женщины-санитарки помогали спуститься раненому с забинтованной ногой. Он стонал, хватался за плечи помощниц. Кто-то сунул ему костыль, дальше солдат заковылял самостоятельно, а женщины бросились помогать другому – у того полностью, включая лицо, была замотана голова. Он слепо шарил руками, хватался за выступающие части кузова.
В полумраке сновали силуэты, с надрывом кричала женщина, словно ворона каркала. Раненых уводили в храм. Музыка делалась приглушеннее, потом и вовсе стихла.
Андрей облегченно перевел дыхание – хорошее средство, чтобы вымотать душу. Именно это сейчас нужно раненым?
Он снова начал всматриваться. Искать обходную дорогу – значит потерять время. Группа находилась на верном пути, и до нужной точки оставалось совсем немного.
Вокруг храма царила нездоровая суета.
