"
"– О, ты так гораздо лучше выглядишь, – отметила Вера, увидев Наташину новую прическу. – И сразу же изменилась.
– Дай мне свою помаду, – зашептала Наташа. – Чтобы меня уж наверняка не узнали!
Верочка вытащила из кармашка тюбик с помадой, сунула его подруге и понеслась дальше. Наташа сняла колпачок, вытащила из кармана зеркальце и, отвернувшись лицом к колонне, начала краситься.
– Совсем уже обслуга обнаглела, – услышала девушка пренебрежительный женский голос у себя за спиной. – Посмотри, как старается! Наверняка рассчитывает здесь себе какого-нибудь богатенького папика своими яркими губками очаровать.
– Посмотри, как эти девки задницами своими перед нашими мужчинами крутят. А юбочки какие надели, только на панель в таких выходить, – фыркнула вторая.
– Не знаю, зачем вообще на праздники и вечера этих вертихвосток присылают, вполне хватило бы и парней.
Наташа стояла, замерев от злости и обиды. Она здесь по очень важному делу, чрезвычайно важному, а эти фифочки так смеют о ней говорить! Ей очень захотелось повернуться и высказать этим балаболкам все, что она думает о них.
Она еле-еле удержала себя от этого шага, лишь про себя подумала:
«Да чем вы лучше нас, простых смертных? Только и заслуг, что денег – мешок, зато в мозгах извилин меньше, чем у мартышек. Я деньги своим трудом зарабатываю и горжусь этим. А что можете вы, неженки в бриллиантах? А ваши господа толстосумы, мне вообще по барабану, и ни перед кем из них я не собираюсь крутить своей задницей. Эта задница не про их честь, чтоб вы знали, куклы разукрашенные!» – бурно негодовала Наташа.
Ее кулачки сжимались и разжимались, а лицо покрыл яркий румянец негодования и возмущения.
Дамы тем временем удалились, продолжая о чем-то оживленно болтать и хихикать. Наташа проводила их враждебным взглядом, а потом махнула рукой. «Что с этих дурочек взять? Они в любой представительнице женского пола видят потенциальных соперниц. Издержки сладкой жизни! Всем прекрасно известно, что у богатых свои причуды. Неизвестно почему, но мужиков с деньгами почему-то настойчиво тянет к секретаршам, домработницам, няням и так далее.
Жены об этом знают, но терпят, сжав зубы, боясь потерять то, что имеют, если откроют пошире рот и вздумают предъявить претензии», – злорадно думала Наташа.
Она оглядела зал, высматривая Савинского. Уже забыв о трепе молодых дам, она сосредоточила внимание на том, для чего сюда явилась.
«Чем быстрее я поговорю с Савинским, тем быстрее уйду из этого гадюшника», – подумала она.
