– Я, между прочим, отличница курса!
Петр приблизился к девушке вплотную и, приподняв пальцем ее подбородок, заглянул в ее зеленые, как у кошки, глаза.
– Тебе сколько лет? – вдруг задал он странный вопрос.
– Через три месяца двадцать будет, – покраснев еще больше, ответила она. – А что, возраст как-то может повлиять на мои умственные способности?
– Да нет, при чем здесь твои умственные способности? Думаю, что Наталья Ивановна не стала бы держать на этом месте дурочку. Просто я всегда думал, что тебе лет шестнадцать, а здесь ты подрабатываешь в свободное от азбуки время, – хмыкнул молодой человек, с изумлением разглядывая симпатичное личико.
– Индюк тоже думал… – буркнула Лидочка. – Ты бы поменьше думал, а побольше работал, – стукнув его по руке, которая продолжала держать ее подбородок, пробормотала она.
– Поучи меня еще, – тут же ощетинился Петр. – Начальство учит день и ночь, мне еще секретарши не хватало для полного счастья!
– Извини, что я повторяюсь, но критику нужно уметь воспринимать адекватно и без обид, тем более, когда она справедлива, – произнесла Лида и щелкнула язычком.
– Ты на меня не обижайся, Петя, но иногда, ты действительно бываешь… похож на индюка.
– В каком смысле? – вытаращился парень.
– В переносном, конечно, но от этого ничего не меняется, – улыбнулась девушка.
– В каком смысле? – глупо повторил Петр.
– Я не буду тебе отвечать.
– Почему?
– Потому что ты обидишься.
– Не обижусь, не боись, – снисходительно пообещал парень.
– Вот видишь, Петя, ты это сейчас сказал так, как будто одолжение мне сделал, – осуждающе покачав головой, сказала Лидочка. – А ведь это тебе интересно знать, что такое я хотела сказать, а не мне. Я и так об этом знаю.
– Слушай, ты никак нотацию мне читаешь? – изумился Петр. – Учишь меня уму-разуму? Деточка, когда ты была с горошину, я уже… гулял по-хорошему!
– Только жаль, что ума тебе твой опыт не прибавил, – огорошила парня Лида и сердито сдвинула брови.
– В каком смысле? – снова задал он все тот же вопрос.
– Ты, Петя, совсем не оригинален, – фыркнула девушка. – И я уже начинаю в тебе разочаровываться. Видно, Наталья Ивановна права.
– Э-э, потом разочаруешься, – спохватился Петр. – Ты же вроде помочь с редакцией материала мне обещала?
– Я передумала, – коротко бросила девушка.
– Что значит – передумала? Мы так не договаривались, – завертелся волчком Каримов. – Уговор дороже денег.
