Два года она таскала с поля боя раненых бойцов, стреляла наравне с мужчинами, если это было необходимо, а после победы вернулась домой в военном мундире, увешанном орденами и медалями. Екатерина Ильинична любила общаться с молодежью и терпеть не могла сидеть у подъезда со своими сверстницами и упиваться сплетнями. Она предпочитала пойти на выставку какого-нибудь модного художника, отправиться в театр на премьеру новой пьесы или, в крайнем случае, сходить в кино на новый блокбастер. Ведением домашнего хозяйства бабуля себя обременять не собиралась, поставив перед своей дочерью, матерью Маши, это условие сразу же, как только они съехались в одну квартиру десять лет назад:
– Я за свой век наработалась достаточно, теперь хочу отдыхать, развлекаться и ничего не делать.
"
"На это заявление она получила вполне одобрительную резолюцию и была весьма довольна.
– Итак, мои дорогие пташки, в чем же дело? – прищурилась Екатерина Ильинична и выпустила струю дыма в сторону своей внучки.
Девушки растерянно переглянулись, не зная, что делать.
– Ба, я думаю, что эта история совсем не для твоей нервной системы, – попробовала отвертеться Мария. – Давай мы спрячем эту винтовку до поры до времени, а потом отнесем куда положено.
– Моя нервная система даст фору вам, молодым, на сто очков вперед! – отбрила внучку женщина. – Так что не стоит о ней так уж беспокоиться. Или ты хочешь, чтобы я позвонила твоему отцу и в срочном порядке заставила его приехать на бывшую родину? Думаю, что он предпочтет послать ко всем чертям всех японцев, вместе взятых, нежели потерять свою единственную дочь, – строго сдвинув брови, заявила Екатерина Ильинична.
– Зачем же звонить отцу? – растерялась Мария. – Его нельзя волновать, у него слабое сердце… и молодая жена.
– И я о том же, – спокойно согласилась бабуля и уставилась на внучку прищуренными глазами.
– Понимаете, Екатерина Ильинична, во всем виновата я одна, а Маша здесь совсем ни при чем, – неуверенно начала говорить Наташа.
– Меня перепутали с какой-то девушкой в кафе, и после этого… все и началось.
– Что именно? – строго спросила бабуля.
– Меня теперь ищут и хотят убить, как опасного свидетеля, а я никак не могу встретиться с Савинским, чтобы предупредить его, что они хотят и его убить, – на одном дыхании выпалила Наташа.
– Так, стоп! – прикрикнула женщина. – Что-то я не понимаю, кого хотят убить: тебя или какого-то Савинского?
– Теперь уже обоих, – ответила за Наташу Вера.
