Все эти дни Ирина сознательно и подсознательно возвращалась к мысли о том, что Дима сейчас там целует и ласкает свою Алену, а она одна…. Придирчиво рассматривала себя в зеркале. Вглядывалась в фигуру и лицо, ища морщинки, лишний вес, целлюлит. Она всегда любила себя и тут первый раз в жизни стала сама себе противна. Стала себе безразлична. Первый раз в жизни ей не хотелось делать макияж, укладывать волосы, вообще хоть как-то следить за собой. Ирина делала это только потому, что перемены могли броситься в глаза.
А ей это было совсем не нужно. И так очень много людей знает слишком много.
Когда Стас подошел к ней, ей было все равно. Когда он надел наручники, ей и вовсе расхотелось сопротивляться. Хотя бы несколько минут ничего не решать самой, а только подчиняться. Надев наручники, Стас все решил за нее и тем самым в какой-то мере спас. Их секс был очень странным и необычным, но в то же время необузданным и страстным. Никогда прежде Ирина не испытывала ничего подобного, полностью отдалась искусным рукам и плыла по течению, пока не наступил оргазм, который вмиг прояснил голову, отрезвил, вернул к реальности.
А реальность состояла в том, что теперь Ирина была себе вдвойне противна. До тошноты. Сначала без объяснений ушел любимый мужчина, просто подсунул на подпись рапорт об увольнении. На нормальный язык это можно перевести как «товарищ подполковник, увольте меня от себя». Перерезал все нити. Начал новую жизнь, оставив весь хлам в старой. А хлам — это она. Стареющая, замученная работой, стервозная и всех вокруг строящая начальница.
Стас наверняка подумал, что у нее от гормонов едет крыша, и поэтому достает его по работе. И вот так своеобразно решил помочь. А Ирина ему это позволила…
— Господи, что же теперь будет? — в ужасе прошептала она и уткнулась лицом в подушку, желая провалиться сквозь землю.
Стас — единственный человек, который мог поставить ее в тупик, мог ввести в замешательство и которого Ирина боялась. Никто этого не знал этого. Даже сам Стас. Может, конечно, чувствовал… Но внешне она старалась этого не показывать, мужественно отбиваясь в их многочисленных разборках.
А теперь что? Он же просто будет делать то, что захочет… А она уже не сможет открыто выдержать его взгляд, боясь прочитать там много нового.
От одной мысли, что завтра придется идти на работу и встретиться с самодовольной физиономией Стаса, стало дурно. Ирина шумно втянула носом воздух и замотала головой, стараясь унять накатывающую панику.
