"
"Записал сообщение Пирошеку на мобильный. Сказал, что имел его и такую дружбу. Нельзя оставлять никого в беде. Пошел через Варшаву. Большинство заведений уже закрылось. Сташек направился на площадь Трех Крестов, где гуляли до утра. На Иерусалимских наткнулся на одинокую девушку со светлыми волосами. Спросила, все ли в порядке. Разговорились, и на площадь Трех Крестов пошли уже вместе. Ему показалось, что люди в «Шпульке» смотрят на него странно. Видимо, он был очень пьян.
Заказал ей выпить, а себе еще одного джека.
Через минуту уже держались за руки. Светловолосая позволила ему говорить, и у него развязался язык. Рассказывал о том, как работал для отца и никогда о себе и доброго слова не услышал. Даже когда отец был при смерти. Жаловался на людей, которые его уничтожают, хотя он сам всегда старался быть нормальным. Жаль, что не чаще, а больше всего жаль, что в трудные минуты мы забываем о вещах мимолетных, что приносят радость. Хорошая музыка, вечер с друзьями, такая вот ночь – у столика с незнакомкой. Он говорил.
Перегнулся через столик, чтобы ее поцеловать. Светловолосая поступила так же. Ее лицо оказалось рядом с его лицом. У него перехватило дыхание. Это была старая шлюха с обрывками кудрей, окружающих обвисшие щеки. Губы у нее были яростно-красными, длинная ночь размазала синеву под глазами. Все смеялись, в его голове или на самом деле. Только что прозрел, вот молодец! Встал, бросил пятьдесят злотых на стол и не оглядывался назад.
Лил дождь. Сташек шел вперед, набирал номер за номером и везде слышал, что такси нет.
Говорил, что заплатит вдвое, втрое. Бесполезно. Попробовал нелегальных перевозчиков, что за полцены возили на машинах без знака такси. Никто не хотел приехать. Он уселся на ступеньках. Позволил себе мокнуть, пока не промерз до кости. Пошел на первый трамвай. Сразу же вернулся. Спрятался в подворотне и набрал номер Дорис.
35В нем гнездилась лишь одна слеза. Росла, как желчный камень.
Очень темно.
Сташек решил, что упакует вещи сам. И сам отнесет в заказанный фургончик.
Начнет заново.
Но сначала музыка. У всего, что человек создал, есть своя глубина. Для фильмов – это горизонт, для книг – слова. Музыка неизмерима, как космос: за гранью восприятия звезды распадаются и гаснут. Есть там и другие явления, таинственные и неназванные, больше, чем галактики. Музыка пророчит их существование, даже если это лишь дебютный диск группы «Кактус». Сташек на ощупь искал дорогу к музыкальному уголку, попал на кухню. Омыл лицо и двинулся дальше.
