– Машинное отделение: медленное снижение, – приказывает капитан, морщась от звона в ушах. – Пулемётным расчётам приступить к уничтожению противника. Мне нужно чистое небо.
– Да, – говорит в ответ Кира, хотя знает, что не будет услышана. – У вас оно будет, капитан.
И давит на гашетку.
* * *Когда-то давно… всего несколько лет назад… основным тяжёлым пулемётом Герметикона считался «Шурхакен» – мощное, дальнобойное, надёжное и довольно простое оружие, получившее широчайшее распространение. «Шурхакены» устанавливали на цеппели и бронетяги, использовали в крепостях и полевых сражениях, производили на всех планетах, где это позволял сделать уровень развития, и считали едва ли не совершенным оружием.
Но конструкторская мысль не стоит на месте, и когда Павел Гатов представил обществу шестиствольный «Гаттас», да ещё под тот же патрон, эра «Шурхакена» завершилась. Пулемёт по-прежнему применялся, но цеппели теперь предпочитали оснащать более мощным оружием, которое благодаря электрическому приводу обеспечивало настолько высокую плотность огня, что у противника попросту не оставалось шансов на спасение.
В своё время Помпилио присутствовал на премьере «Гаттаса», мгновенно оценил его достоинства и распорядился немедленно перевооружить «Амуш». И теперь цепари на деле показывали, что выбор дер Даген Тура был правильным."
"Сражение превратилось в избиение. «Пытливый амуш» медленно снижался, но не спешил, Базза внимательно следил за тем, чтобы цеппель оставался над ещё «живыми» машинами противника, обеспечивая стрелкам выгодную позицию.
А стрелки на «Амуше» были отменные. К тому же слух о том, что траймонгорцам удалось повредить мостик и едва не убить капитана, молниеносно разлетелся по кораблю и вызвал естественную ответную реакцию – разъярённые цепари патронов не жалели. Длинные очереди разбивали примитивные машины, отправляя их на землю одну за другой, и спастись удалось лишь тем, кто вовремя понял, что нужно выходить из боя. Спастись удалось всего лишь четырём летательным аппаратам.
Глава 7
в которой Мерса напоминает о важном, Помпилио демонстрирует внимание к деталям, Бабарский – изворотливость и героизм, Аксель – злопамятность и героизм, Занди делает то, чего от него хотят, но едва всё не портит, Феодора уходит, а Галилею приходится сказать правду
– И чего мы добились?
– Габрис, ты не хуже меня знаешь, что у всех случаются неудачи, – недовольно отозвался Наамар.
– Ты всё испортил! – выкрикнул сенатор Харо.
