Некоторое время они любовались Садами, но при этом, как обратил внимание дер Даген Тур, Феодора то ли машинально, то ли случайно смотрела в сторону Харо, словно надеясь разглядеть «Пытливый амуш», после чего женщина обратилась к теме, которая её волновала:
– Не обижайтесь на вопрос, мессер, но я должна его задать: вы планировали, что ваш корабль придёт к северянам?
– Я был честен с тобой и рассказал так, как было на самом деле: переход на Траймонго прошёл нештатно. Я не знал, где оказался мой цеппель, а самое главное – понятия не имел, почему меня и двух моих офицеров забросило в море.
Но был уверен, что меня ищут. Как видишь – не ошибся: добравшись до населённой местности, они сразу же дали о себе знать.
– Ваши люди оказались у Наамара.
Дер Даген Тур не стал торопиться с ответом. Выдержал короткую паузу, после чего мягко заметил:
– Ты взвинчена.
– Что?"
"– Ты взвинчена, Феодора, иначе бы поняла, что мои люди не «у Наамара», как ты выразилась, а на Траймонго. Ищут меня.
– Они будут приземляться?
– Сомневаюсь.
– Почему?
– Мой капитан весьма осторожен, – размеренным тоном ответил Помпилио. – Полагаю, он уже выяснил, что на Траймонго отсутствует воздушный флот, а значит, безопаснее оставаться в воздухе.
– Ваш капитан никому не верит?
– Только мне. А поскольку меня нет на борту…
– Он растерян.
– Нет, – улыбаясь, покачал головой дер Даген Тур. – Ты говоришь о моём капитане, о человеке, которому я доверяю свою жизнь и жизнь людей, которые мне дороги. Растерянность не входит в перечень его характеристик, он сохраняет хладнокровие в любых обстоятельствах.
И поскольку меня нет на борту, он никому не доверяет – только себе, своему чутью.
– Ваш цеппель можно подбить с земли?
– Разумеется. К тому же фага наверняка понимают принцип его действия и могут сообразить, куда следует стрелять в первую очередь. Но вряд ли они проявят агрессию… во всяком случае – сразу.
– Я тоже думаю, что Наамар сделает всё, чтобы завоевать доверие ваших людей, – согласилась Феодора. – Но у вас есть радио…
– Однако мы ещё не научились кодировать речь, как это делаете вы.
– То есть нам есть что продать Герметикону?
– Да. – Помпилио перевёл взгляд на женщину. – Теперь ты перестала быть единоличным обладателем бесценного трофея, более того, твой трофей перестал быть бесценным, ведь в представлении Наамара цеппель значит много больше.
– Разве это не так?
Дер Даген Тур ответил настолько выразительным взглядом, что Феодора смутилась.
– Ах, да, это же ваш корабль.
– Именно.
