* * *Продав катер, Бабарский и Занди на поезде вернулись в Шикадури, а если быть точным – в центральную часть Большого Шикадури, но вопреки ожиданиям юноши отправились не искать место для ночлега, а по указанному покупателем катера адресу и оказались в подозрительном – с точки зрения Занди, и: «Ну, грязненько, конечно, однако в целом ничего, главное, заразу какую не подхватить» – по мнению Бабарского, районе. Юноша предложил вернуться в опасное место днём, но в ответ услышал: «Во время первого визита нам ничего не грозит – мы просто обсудим условия сделки».
Попытался спорить: «Я говорю обо всём районе. В этих кварталах на каждом углу подстерегает опасность». Однако ИХ лишь пожал плечами: «Поверь: днём нас в этих кварталах могут ограбить с той же вероятностью, что и ночью» – и бесстрашно отправился в путешествие по тёмным переулкам столицы Стремления Уло. А добравшись до нужного дома, оглядел охраняющих дверь мордоворотов и пробубнил себе под нос нечто вроде: «Я так и думал».
Только Занди не понял, одобряет суперкарго увиденное или нет. Мордовороты были призваны не впускать внутрь тех, кого впускать не надо, однако то ли их предупредили о визите, то ли имя брюнета послужило волшебным ключиком, но встретили путешественников радушно, то есть коротко кивнули, после чего молчаливый провожатый провёл их в глубь четырёхэтажного дома, в небольшую, весьма скудно освещённую комнату, в которой их поджидал седой как лунь старик с короткой бородой и длинными, стянутыми в хвост волосами.
Он был одет в тёмное – рубашку и брюки – и носил перстень с чёрным камнем на левом мизинце, что говорило о высоком положении старика в криминальном мире Траймонго.
– Добрый вечер, – дружелюбно произнёс Бабарский, обращаясь к старику как к уважаемому, но старому знакомому.
– Добрый, но поздний.
– Что делать, – вздохнул ИХ. – Дела не выбирают время – они просто возникают.
– Неожиданно?"
"– В том числе, – не стал спорить суперкарго.
И улыбнулся: – Неожиданно, да… «неожиданно» – хорошее слово, которое на изумление точно отражает происходящее. Дело в том, что мы с сыном неожиданно и к своему глубокому разочарованию потеряли все документы, а нам ещё путешествовать и путешествовать.
– Потеряли безвозвратно? – поинтересовался старик, едва заметно улыбнувшись. Было видно, что манера Бабарского ему импонирует. Возможно, потому что с ним давно никто не держался настолько свободно.
