Лениным, подобно ему указал на срочную необходимость провести «коренную перемену всей точки зрения на социализм», однако, понимая, что этот «теоретический пассаж» может насторожить непосвященных членов ЦК, он цинично и лживо заявил, что «в нашей работе мы должны действовать, руководствуясь нашими, марксистско-ленинскими принципами, а принципами, товарищи, мы не должны поступаться ни под какими предлогами».
На этом Пленуме ЦК произошли очередные кадровые перестановки:
• кандидатами в члены Политбюро ЦК были избраны Г.
П. Разумовский и Ю.Д. Маслюков;
• новым секретарем ЦК по оборонке стал О.Д. Бакланов;
• Б.Н. Ельцин был выведен из Политбюро ЦК и «сослан» в ранге министра первым заместителем председателя Государственного строительного комитета СССР.
Естественно, все эти перестановки имели свою логику, так как:
1) повышение политического статуса Г.П. Разумовского, который был главным партийным «кадровиком», выводило его из непосредственного подчинения Е.К. Лигачева;
2) вхождение Ю.Д. Маслюкова в состав высшего партийного ареопага было связано с тем, что, оставаясь на прежнем посту председателя Военно-промышленной комиссии, он становился новым председателем Госплана СССР и первым заместителем председателя Совета Министров СССР;
3) назначение министра оборонной промышленности СССР О.
Д. Бакланова новым секретарем ЦК, курирующим весь военно-промышленный комплекс страны, было связано с переходом на работу в Московский горком партии Л.Н. Зайкова, а также с тем обстоятельством, что сам М.С. Горбачев накануне задуманных им «разоруженческих инициатив» и грандиозных планов конверсии военного производства панически боялся испортить отношения с очень влиятельными военно-промышленными кругами страны и стал откровенно заигрывать с ними;
4) наконец, новое назначение Б.
Н. Ельцина, вероятнее всего, было связано с тем, что М.С. Горбачев, хорошо предвидя все свои дальнейшие шаги по разрушению политического и общественного строя страны, решил держать его «на коротком поводке» и использовать в нужный политический момент, но, как всегда, просчитался.
Ведь генсек мог совершенно спокойно сослать несостоявшегося «бунтаря» в качестве советского посла в любую из «банановых республик» Африки, но сознательно не сделал этого.
Политическая ситуация в стране стала резко обострятся. Все громче стали звучать голоса тех представителей творческой и научной интеллигенции, которые категорически не принимали новый политический курс М.С. Горбачева и его команды.
В середине марта 1988 г.
