– Даффин сжал зубы так, что побелел подбородок. – Его зовут Куинтон Ноулз.
Реджина нахмурилась, но все же кивнула.
– Откуда ты его знаешь?
– Этот человек убил мою мать.
Глава 37
Реджина тяжело вздохнула. После того, что им довелось пережить, Даффин просто обязан ей открыться, и на этот раз она не позволит ему сменить тему разговора.
– Расскажи мне, Даффин. Расскажи правду о смерти твоей матери.
Взгляд сыщика ожесточился.
– Это долгая история.
Откинувшись на подушки, Реджина натянула одеяло до подбородка.
– Так уж вышло, что у меня очень много свободного времени.
Она внимательно наблюдала за лицом Даффина, зная, что ему будет очень непросто все ей рассказать. Смерть матери наложила отпечаток на всю жизнь этого восхитительного и загадочного мужчины. Как это случилось?
Даффин посмотрел на Реджину.
– Моя мать была очень красивой женщиной и имела множество поклонников.
– Представляю. – Реджина окинула взглядом профиль Даффина. Еле заметные морщинки вокруг глаз свидетельствовали об испытываемой им боли.
Стыдился ли он того, что у его матери были любовники? Хотя подобный образ жизни вели многие замужние представительницы высшего света.
– Я обнаружил ее тело у подножия лестницы в нашем доме. – Даффин говорил спокойно и даже безразлично, но его напряженные спина и плечи свидетельствовали о внутренней агонии.
Реджина втянула носом воздух. Господи. Неужели он первым увидел тело матери? Ничего ужаснее и представить нельзя.
– В сочельник? – шепотом спросила она, и ее глаза наполнились слезами.
– Нет, в Рождество. – Оуклиф уставился на огонь в камине. – Я бежал вниз по лестнице, чтобы забрать печенье, которое повариха всегда пекла для меня рождественским утром.
Слезы заструились по щекам Реджины.
– Пришел констебль. Он даже не осмотрел место происшествия и сразу объявил, что смерть произошла в результате несчастного случая. Но я знал, что это не так.
Реджина отерла слезы тыльной стороной ладони.
– Как ты это понял?
– По тому, как было изогнуто ее тело. Даже если бы она упала сама, то не лежала бы подобным образом.
А еще у нее на шее были отметины, на которые констебль не обратил внимания.
Реджина могла лишь догадываться, что испытывал в тот момент Даффин, решивший стать сыщиком.
– Что случилось с тобой после этого?
– Отец отослал меня в пансион, и в Лондон я вернулся уже взрослым человеком.
– Ты не виделся с отцом даже во время каникул?
– Нет, – отрывисто произнес Оуклиф. – Мне не были рады в отцовском доме.
