Местный консьерж, Федор, должен был проследить за тем, чтобы Ира не покинула работу через черный вход. Тот не позвонил, значит, девушка еще в здании.
Могло ли с ней что-нибудь случиться? Герман побарабанил пальцами по рулю в нетерпении. Она будет не слишком довольна, если встретит ее сам, но, кажется, остальные танцоры уже успели покинуть здание.
С такими мыслями он вышел из машины и, поднявшись по парадным ступенькам, прошел внутрь.
Через парадный вход попасть к узкому коридору, ведущему в репетиционный зал и гримерные комнаты артистов, можно было двумя способами.
Первый – непосредственно через сцену, и второй – пройдя в маленькую неприметную дверь под широкой парадной лестницей.
– Есть еще кто в здании? – спросил Герман зевающего Федора, стоявшего неподалеку.
– Так вот только Эльтова и осталась. Сегодня даже оперные закончили раньше. Спектаклей-то сегодня нет. Все по домам разбежались. А она все сидит. Чего сидит… – начал причитать старик.
Нагицкий кивнул ему и вошел в узкий коридор под лестницей.
Невольно облизнулся. Тут даже пахло по-особенному. Чарующая атмосфера, когда много талантливых людей собирается вместе. Кто-то забыл ленты на приставленном к стенке стуле, а вот, сваленный в кучу, валяется забытый реквизит с позапрошлого спектакля.
Уверенным шагом направившись в гримерную, открыл дверь. Шумела вода, а дверь к закутку с душевыми была чуть приоткрыта.
Сердце на миг дрогнуло. Вдруг что-то случилось?
Просто чтобы убедиться, что все в порядке, он сделал несколько крупных шагов, заглядывая в закуток.
Ряд из пяти смесителей, вмонтированных в стену, был отгорожен один от другого лишь легкими фанерными стенками и не имел четвертой стены или двери.
Ирина, слегка ссутулившись, стояла в том, что был посередине. Повернувшись на шум, она сначала испуганно схватилась за полотенце, пытаясь обернуть его вокруг себя.
– Вы что здесь делаете? – она завернула кран с водой.
– Проверяю, чтобы не утопилась случайно, – хмыкнул Нагицкий, уже было разворачиваясь.
Ирина упрямо сжала губы, а затем вдруг тряхнула головой, словно что-то для себя решила.
Полотенце на ней мягко полетело на пол, она, нисколько не смущаясь собственной наготы, шагнула назад, снова включая воду.
– Тогда, может быть, потрете мне спинку?
Глава 12
Понятия не имею, сколько я так простояла под душем в странном оцепенении, с чувством полного опустошения. Лишь когда сзади хлопнула дверь, я дернулась, схватившись за полотенце.
Нагицкий стоял у самой двери.
