Хотела ли я сейчас быть там? На месте этой девицы? Конечно, нет! У меня есть гордость, чтобы не стоять вот так, ожидая похвалы за…
Даже думать не хотелось, о чем конкретно они говорят.
Я потянулась к ручке двери. Желание зайти и оттаскать за волосы эту девку стало почти нестерпимым. А Нагицкому нужно было отвесить хорошую такую пощечину.
«Кобель! Сволочь!»
И это я решила, что главной проблемой против того, что бы жить у него и ездить с ним на работу, будет потеря репутации? Наивная дурочка! Похоже, главной проблемой будут его женщины, от которых он, судя по всему, отказываться не собирался.
«Что же ты как собака на сене? Сама не ешь, и другим не даешь», – внутреннего Германа, захватившего рупор моего второго я, хотелось придушить еще больше, чем настоящего.
Это разом остудило пыл. Какая мне в общем то разница? Мне все равно. Пусть делает, что хочет.
– Молодец, что позвонила мне, – ласково протянул мужчина. – Спасибо. Я оценил. – Голос был мягким, убаюкивающим. Кажется, именно так он разговаривал со мной, когда предлагал суп.
– А теперь не заставляй повторять меня дважды, – тон вдруг резко переменился, стал жестким, властным, пугающим.
Девица засуетилась, придвигаясь к нему, и я поняла, что там сейчас произойдет.
Схватив сумку, отступила назад, затем еще и еще. Вниз, на первый этаж. Антона не было видно, зато одуряюще пахло свежим кофе. Должно быть, парень решил, что я поднялась к себе наверх, и просто оставил в кухне чашку.
Но мне было не до этого. Подбежав к ближайшему окну, щёлкнула ручкой – она легко поддалась.
Сумерки уже сгустились над домами. Сколько сейчас времени, я не знала. Но, судя по тому, что фонари уже ярко освещали улицу, дело близилось к полуночи. До дорожки было всего метра полтора-два. Я выскочила, в чем была, чуть не порвав свое длинное красное платье, и рванула к калитке.
На этом моя удача закончилась – она оказалась заперта.
В поисках выхода начала обходить забор по периметру. Может быть, тут есть какой-то черный вход?
Свет освещавших улицу фонарей за дом почти не попадал.
Я полезла в сумочку, чтобы включить фонарик на телефоне. В тот момент, когда я уже взяла мобильник в руки, он начал вибрировать.
«Герман!» – мелькнула испуганная мысль, ладони моментально вспотели, так что мобильник чуть не выскользнул из рук.
Но взглянув на экран и увидев надпись «Мама», тихонько выдохнула.
– Мамочка, я тебе перезвоню! Я занята сейчас, – шепнула в трубку и тут же отключилась, отправившись искать выход дальше.
