Но стоит лишь Яну бросить на меня платинрвый взгляд, как я прищуриваюсь и говорю обвиняюще:
— Вот и первая брешь в твоей хваленой защите, Ян. А ведь мы даже холл пересечь не успели.
Левицкий вздыхает и подходит ближе. Играет желваками на скулах, выдерживает паузу, видимо, думая, как убедить меня остаться.
— Адам не разделяет моей осторожности, потому что о тебе не знает, а свой приступ считает естественным, — берет меня за руку. — Дед и так с охраной спорил все время. А стоило мне отлучиться, и…
— Но ты ведь и не сможешь все время рядом находиться, — пожимаю плечами.
— Я сменю службу охраны. Вместо Марка здесь станет работать тот, кто будет слушаться меня беспрекословно и четко исполнять приказы, — едва ли не рычит он, но внезапно его тон смягчается. — Ёжик, если я пообещал, значит, буду рядом.
Укладывает ладонь на мою талию, притягивает к себе. Вплотную.
— Ян, что нам делать? — спрашиваю, когда он почти касается своими губами моих. — С нами? Для окружающих мы все еще… родные."
"— Я все выясню. Сам поговорю с дедом, как только ему станет лучше, — возвращает себе деловой тон, но меня не отпускает.
— Не переживай. Даже если придется вытрусить все грязное белье нашей семейки, я это сделаю.
— Смотри сам не закопайся, — фыркаю я.
Боковым зрением замечаю какое-то движение рядом. И сразу догадываюсь, кто там.
По белобрысой макушке и чистым голубым глазкам, что изучают нас с Яном.
— Даниэль, — всхлипываю я от переполнивших душу чувств.
Отстраняюсь от Левицкого и иду к малышу. Он внимательно наблюдает, как я присаживаюсь напротив, смотрит на мои руки, что я протягиваю к нему, но медлит.
Я же не тороплю. Терпеливо жду и надеюсь, что Дан примет меня.
Еще секунда — и мальчик ныряет в мои объятия, обвивает шею маленькими ручками, укладывает головку на плечо.
— Ми-ка, — произносит четко.
* * *Крепче сжимаю крохотного мальчика и замираю, желая продлить это мгновение. Ушам своим не верю. Украдкой на Яна кошусь. Словно жду подтверждения. Убедиться хочу, что мне не показалось.
Левицкий опускается на колено рядом с нами, протягивает руку к Даниэлю и по голове его гладит, взъерошивая светлые волосы.
Потом вдруг быстро чмокает меня в висок. Я и возмутиться не успеваю.
Ян ведет себя слишком неосторожно и нахально, будто мы — пара. Однако в этом особняке нас воспринимают совсем иначе.
— Что ж, вот и прогресс, — довольно тянет он. — Признаться, я замучался уже с педагогами и психологами. Дан только сильнее закрывается после занятий, — обреченно вздыхает.
