"
"В семье Левицких лишь дед принял меня радушно. Но теперь он тоже в больнице. Из-за приступа. В котором обвиняют меня!
— У них очень много власти. И они не остановятся ни перед чем, — чуть слышно произносит Пашкевич. — Даже я рискую сейчас, открыв вам правду.
— Что мне делать? — всхлипываю я, потому что действительно боюсь теперь.
Провожу ладонью по своему животу, в котором никогда не забьется крохотное сердечко. И все из-за проклятого наследства и ненависти богачей Левицких!
Если бы я знала, к чему все приведет, то никогда бы не приехала в Польшу.
К ним. В поисках своих корней… и справедливости.
— Вам лучше уехать. Спрятаться у кого-то из друзей, — еще тише инструктирует гинеколог. — И забыть о Левицких. Поберегите себя. Вам лечение нужно, реабилитация.
Сажусь на кровати, прислушиваюсь к своим ощущениям. В животе ноет, но терпимо. Наверное, действие обезболивающих не прошло. Ходить я могу.
Но выбраться незамеченной из клиники. Вызвать такси. А еще сумку и документы забрать. Мне одной не под силу.
Умоляюще смотрю на доктора.
— Помогите мне сбежать отсюда, — выдыхаю хрипло. — Я вернусь в Россию. К сестре…
Разлука первая
Глава 1
Три месяца спустя. Россия
Доминика
— Мика, дорогая, можно к тебе? — на пороге комнаты мнется Дана, моя сестра.
Улыбаюсь и откладываю в сторону учебник польского. Не понимаю, зачем мне этот язык, который я начала учить еще у Левицких. Но не в моих привычках бросать начатое. Да и отвлекаться как-то надо. От раздирающих душу мыслей и воспоминаний.
— Конечно, сеструль, — подмигиваю ей и стараюсь выглядеть как можно бодрее.
Будто у меня все в порядке.
Провожу рукой по постели рядом с собой в приглашающем жесте. Дана медленно подходит, садится и хмурится, окидывая меня взглядом.
— Меня можешь не обманывать, — заявляет неожиданно. — Я ведь чувствую, как тебе плохо.
Сжимаю губы и виновато отвожу глаза.
— Что сказал врач? Ты ведь сегодня опять у него была? Я слышала, как ты уходила рано утром, — допытывается Дана. Ничего от ее внимания не укроется!
— Все по-прежнему, — вздыхаю обреченно.
— Продолжать лечение сказал. Рецепт на гормоны новый выписал. Но… — отмахиваюсь. — Толку-то. Не поможет это все. Зря только травлю себя химией, — фыркаю зло.
На себя злюсь. За то, что позволила сделать это с собой.
— А ну, прекрати, — берет меня за руку. — Нельзя отчаиваться. Нужно время. Оно лечит, — уговаривает ласково. — Вот увидишь. Через годик-другой вспоминать это все будем, как ночной кошмар. И семьями дружить.
