В очередной раз заметив мелькнувшую в холле фигуру, убеждаюсь в правильности своего выбора. К черту всех!
Пытаясь унять дрожь в теле, я сбегаю от Яна. Забираю Дана в свою комнату и не отпускаю до позднего вечера.
Ужинаем мы тоже вместе. Тем, что молчаливо приносит Ян. При этом он не спрашивает ничего больше, не требует. Лишь окидывает меня задумчивым взглядом и оставляет поднос с едой на комоде. На этот раз никакой рыбы или других вонючих продуктов. Наоборот, много овощей и фруктов, творог, йогурты. Исключительно полезная еда.
Левицкий точно мне поверил?..
Разлука третья
Глава 22
Несколько дней спустя
Ян
— На данном этапе мы проводим гормональную терапию, что не может не сказываться на самочувствии Левицкой, — выдает Пашкевич на чистой механике, словно заученную фразу, но глаза подозрительно прячет. — Поэтому вполне возможны обмороки и приступы тошноты.
— Утверждаете, что лечите бесплодие? И как результаты? — хмыкаю недоверчиво, а он молчит. — Я могу посмотреть ее историю болезни? — облокачиваюсь о стол.
Ловлю каждый жест доктора, его мимику. И взгляд, в котором неуловимое что-то проскальзывает.
— Только в присутствии самой Левицкой, — отрицательно качает головой он. — С точки зрения врачебной этики я вообще не имею права обсуждать с вами ее здоровье, — чеканит строго и склоняется над документами, с которыми работал, когда я только вошел в кабинет.
Намекает, чтобы я удалился? Но только больше сомнений вызывает своим поведением.
Напрягает меня Пашкевич. Как и нервные метания Мики все эти дни.
Она избегает меня, старается свести к минимуму любое общение. И смотрит каждый раз так виновато, будто держит нож за спиной и собирается всадить мне его в сердце. Стоит лишь мне начать разговор, как она оглядывается с опаской и переводит тему.
Ей стыдно за ложь? Или там замешано нечто более серьезное?
— Доминика беременна? — психанув, спрашиваю врача напрямую.
И на вкус это слово пробую. Оно играет всеми оттенками счастья и дарит надежду на нормальную семью.
Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Тем не менее, другого объяснения состоянию ёжика я найти не могу. То, что мне Пашкевич втирает про гормоны, — чушь полная.
Или все-таки я выдаю желаемое за действительное?
— Откуда такие выводы? — выдержав паузу, отвечает он вопросом на вопрос.
Доктор знает, что сказать мне нечего. Ведь посвящать его в подробности нашей связи с Микой я не собираюсь. Все, что мне остается, — отступить. Временно. Чтобы вернуться позже.
