– Давид посмотрел на часы.– Скоро приземлимся. Помощник привезёт тебе кредитную карту с ограниченной суммой на месяц, ноут и смартфон, – он протянул визитку.– Если не с кем сделать первый шопинг, набери эту девушку, скажешь, что от меня. Она поможет.
Самолёт садился по расписанию, минута в минуту.
Давид, едва дождавшись полной остановки двигателей, поблагодарил экипаж и ринулся вниз по трапу, мечтая поскорее оказаться в особняке.
Ветер бил в лицо утренней прохладой.
Телефон взорвался звонком. Он поёжился, отвечая ранней пташке, и разговаривая с Павлом.
– Вертолёт на площадке?
Друг удивился.
– Полетишь?
Давид кивнул, застёгивая до конца пуговицы на коротком пальто:
– Не могу плестись полтора часа. Невыносимо хочу обнять своих.
– Тогда увидимся в особняке?
– Да. Лиза в салоне.
Отвези её лично, покажи всё и проинструктируй, не обозначая истинной цели, – он говорил почти шёпотом.– Паша, это реальная возможность вытащить Серёжу на свет.
– Понял. – он уже поднимался по трапу, ясно представляя, что надо сделать для воплощений слов Давида в жизнь.
Вертолёт опустился на площадку далеко за домом.
Несмотря на раннее время во дворе уже суетился дворник.
Давид втянул воздух, которым дышат жена и дети.
Голова закружилась от хвойной свежести.
Сердце гулко билось в груди. Он сбросил пальто на руки охранника и бегом поднялся по лестнице. В полной тишине раздавались его шаги, и доносился стук ножа по доске из кухни.
Он приложил ухо к одной детской, к другой. За дверьми ни единого звука. Будить не стал, а отправился в спальню, предвкушая, что там увидит.
Адель спала на животе, разметав длинные волосы по его подушке. Одеяло откинуто, оголяя худенькую фигурку. Тихое ровное дыхание под тиканье настенных часов.
Давид нетерпеливо скидывал одежду, глазами съедая любимую женщину. Последними на пол полетели трусы. Вставший член дрожал в предвкушении скорого наслаждения. Сердце распирала щемящая нежность."
