Тогда что?
Он гипнотизировал взглядом перепуганную до полусмерти девочку в глубине души очень жалея её, но семью разрушить никому не позволит.
– Лиза, ты ничего не хочешь мне рассказать?
Она продавила ком в горле, ответив на контрасте с невинным личиком хрипло:
– Что именно?
– Кто тебя подослал ко мне и с какой целью?
Лиза дрожала, затравленным взглядом шаря по комнате в поисках укрытия.
У Давида сжалось сердце. Так невозможно сыграть. Она на самом деле не понимала, в чём провинилась.
– Скажи, почему и когда ты покрасила волосы?– он протянул руку, вытянув из-за маленького ушка тонкую шелковистую прядь на свет.
Цвет дорогого виски смешанного с каплей крови. Чьей она будет на этот раз?
Лиза сомкнула трепещущиеся веки, явно ожидая удара по лицу. Вздох облегчения, что избежала боли.
– Вчера. Хозяин сказал, если не перекрашусь, отдаст на толпу.
Она всхлипнула, решившись проявить эмоцию, написанную на бледном лице. Рвущий душу животный страх!
Давид отшатнулся, почувствовав себя монстром. А она продолжала забивать гвозди в мечущуюся в сомнениях душу:
– Поступил на меня заказ, но чтоб изменила цвет волос на оттенок рыжего.
"
"Он вскинул бровь. Почему не подумал о таком варианте раньше?
– Кто его сделал и где?
– В каталоге, в интернете, – она, наконец, решилась взглянуть в холодную сталь. – Я думала вы.
Давид сжал зубы. Искал виноватых не в том месте. Не обязательно находиться в городе, чтоб сдать расположение машины Толика и выбрать подходящую шлюху.
Одно он знал теперь совершенно точно, Лиза идеальная жертва, любимый тип женщин Серёжи.
Он придёт за ней, если держать её рядом. Подонок уже её выбрал.
Глава 9
Давид просматривал многочисленные короткие ролики с детьми. В глазах любовь, на губах улыбка. Его бальзам для очерствевшего сердца. Именно дети не давали свалиться в чёрную бездну, затаскивая с собой Адель.
Жена давно стала второй половинкой. Если вначале отношений он говорил, что на его: «прыгай», возможно только: «Как высоко?», то сейчас они понимают друг друга с полуслова, а то и взгляда.
Она пойдёт за ним в огонь, в воду, а если придётся и в ад.
Мирошка был копией папы. Варвара взяла лучшее от каждого из родителей. Большие карие глаза мамы, прямой нос от папы, пухлые губы мамы, меленькие прижатые уши от папы. Он млел, любуясь «принцессой» с вечными её капризами и протестами.
Стоило малышке сказать:
– Папочка, я хочу!– и заглянуть «карамельками» в стальные глаза, как он летел воплощать её мечту в жизнь.
