Это вызывает какую-то глупую улыбку, я абсолютно точно не готов терять свою семью.
— Я с достоинством выдержу твои претензии, оскорбления и прочее, потому что знаю, что ты прав, Кир, — озвучиваю уверенно и твердо: — Но я хочу, чтобы ты услышал историю. Она местами будет тебе неприятна, возможно тебе захочется мне врезать пару раз, но нельзя основываться только на том, что считает один человек…Тогда бы у нас тут была настоящая вакханалия в законах, согласись?
— Ха, — он усмехается, но я уже чувствую немного тепла: — А разве там не вакханалия?"
"— Мы усердно стараемся ее сдерживать, сын… — говорю правду, потому что сверху действительно иногда приходит такое, от чего седеют последние волосы.
— Ладно, я могу сейчас, ты у себя? — принимает со скрипом, но все же дает мне зеленый свет.
—Да.
— Буду через минут двадцать, я тут в центре, — отключаю телефон, немного воспрянув духом.
Это будет болезненный разговор для нас обоих, тем не менее, станет легче, если я объяснюсь сначала хотя бы с сыном, Марта ведь позже все равно узнает.
Даже если не захочет говорить со мной.
Глава 16. Гордей
Сижу в своём домашнем кабинете, облокотившись на массивный стол. Фотография Марты стоит передо мной — черно-белый снимок с её улыбкой, полной жизни и тепла. Черно-белый снимок, который она терпеть не может, потому что, по ее словам, на нем она выглядит слишком серьезной. А для меня этот снимок — напоминание о том, кто она есть: мой компас, мой свет, моя семья. И всё, что я сделал, превратило ее жизнь в хаос.
Кирилл должен прийти с минуты на минуту. Я знаю, что он злится, и не жду от этого разговора лёгкости. Но мне нужно, чтобы он выслушал меня. Не потому, что я ищу прощения — я знаю, что его не заслужил. Я просто хочу объясниться.
Дверь открывается, и он входит без стука, сжимая плечи. Открыл своими запасными ключами.
Его взгляд тяжелый, а шаги твёрдые, словно он готов к сражению.
— Я здесь, — говорит он коротко, садясь напротив меня.
— Спасибо, что пришёл, — начинаю я, но он только качает головой.
— Давай ближе к делу. У меня мало времени.
Я глубоко вздыхаю.
— Кирилл, мне нужно, чтобы ты выслушал меня. Вся эта ситуация с Ольгой… она началась намного раньше, чем ты думаешь.
Он хмурится, но ничего не говорит. Я продолжаю, стараясь удерживать голос ровным.
— Это было, когда меня только перевели в Питер. Я получил должность, ты помнишь. Это был важный шаг для нашей семьи.
— Помню, — отвечает он. — Тогда ты начал жить на два города.
— Да, — киваю я.
