Пусть он сказал, что это было «ошибкой», что «ничего серьёзного», что любит меня, но в его поступке была целенаправленность. Он предал. Он сознательно разрушил то, что мы строили десятилетиями.
Я вытираю уголок глаза, где предательски собирается слеза. Я не хочу плакать сейчас. Не в этом поезде, не перед чужими людьми. В груди всё горит, а на душе тягостно. Неужели это конец? Такой нелепый, безжалостный финал?"
"Сапсан прибывает точно по расписанию. Я схожу с платформы, и ветер Москвы встречает меня ледяным шлепком по лицу.
Город выглядит суматошным, как всегда, и в этом хаосе я вдруг чувствую себя бесконечно маленькой.
Кирилл ждёт меня у выхода из вокзала. Его широкие плечи, темная куртка и лицо, в котором я вижу всё: и заботу, и настороженность, и, возможно, остатки недоумения. Когда я подхожу ближе, он открывает для меня дверцу машины, ни слова не говоря.
Усаживаюсь на пассажирское сиденье и чувствую, как от усталости сразу тяжелеет тело. Кирилл обходит машину, садится за руль, включает двигатель.
— Привет, мама, — его голос звучит мягко, но с оттенком напряжения. — Как ты?
— Устала, — отвечаю честно.
Он кивает и какое-то время молчит, будто собирается с мыслями. Мы трогаемся с места, и я смотрю в окно, на мелькающие витрины и серые фасады.
— Ты же понимаешь, что мы с тобой, — говорит он через несколько минут. — Всё, что нужно, мы сделаем. Просто скажи.
— Спасибо, Кирилл. Я знаю. Но пока мне нужно немного времени. Просто... прийти в себя.
Он снова кивает. За рулём он всегда сосредоточен, но сейчас я вижу, как хочет сказать что-то ещё.
— Знаешь, папа мне звонил, — вдруг говорит он, не отрывая глаз от дороги.
Я напрягаюсь.
— Что он сказал?
— Хотел узнать, видел ли я тебя. Сказал, что волновался.
Я тихо усмехаюсь, но улыбка выходит горькой.
— Он волнуется о себе, Кирилл. Не обо мне.
Сын коротко вздыхает, словно собирает в себе терпение.
— Мам, ты точно уверена, что хочешь развод? Может, стоит хотя бы… ну, вы всё-таки столько лет вместе.
— Кирилл, — перебиваю я мягко, но твёрдо. — Это не обсуждается. Я его люблю. До сих пор. Но я не могу это принять. Не могу снова доверять ему. И я не собираюсь ставить свою жизнь на паузу, чтобы ждать, когда он решит, что снова хочет быть верным.
Он молчит, а потом медленно кивает, будто наконец принимает мое решение.
— Хорошо. Тогда мы будем рядом. Ева, малыш… я… Мы все будем рядом.
Кирилл привозит меня к себе домой.
