— Через сколько и где?
— У него, через два часа, успеете? — чуть нервно задаёт вопрос мой подопечный.
— Перестань трястись. Пока я не выйду и не сообщу итог встречи — не отзывай охрану от Марты.
— Понял…
Глубоко вдыхаю воздух, потому что нужно закончить все это раз и навсегда. Огласку, даже если я и придам, моя карьера тоже полетит в тартарары. Вряд ли я сейчас в том же положении, что и был раньше, но раз уж я уже завязан в том, в чем завязан, то исход может быть только один.
И Игнатович об этом знает, чем, собственно, и пользуется.
— Матвей, еще одна просьба, — озвучиваю я напоследок. — Марта всегда хотела побывать на Байкале, я так и не свозил ее за… — слова сбиваются, потому что каждый раз рвет изнутри, но я, наверное, когда-нибудь смирюсь с этим. — Пришли мне самые лучшие варианты и договорись об открытых датах. У нее сейчас в университете ажиотаж, работу она не оставит.
— Понял, босс.
Отключаю звонок и с уже привычной тоской наблюдаю вдали солнце, что окрашивается в красноватый цвет.
Единственное, с чем смириться я не смогу — это если у нее появится новый мужчина.
И как бы я ни пытался себя настроить, что это неизбежно у такой женщины, как она, внутренний зверь не приемлет такого итога, даже если он и виноват. Верно, это участь того, кто по своей идиотской ошибке и из страха предал.
Не скрою, мысли разные в голове мелькают. Особенно, когда ты ночью в полном одиночестве пытаешься уснуть, а тебе, в прямом смысле — хочется сдохнуть от этой рвущей грудину тоски. От того, что твоя шикарная, счастливая жизнь превратилась в, сука, руины, по которым ты сейчас пытаешься пройти.
Думал ли я, что в моей больной голове возникнет мысль, что, может, стоило бы умереть тогда…? Нет. У меня ведь была охрененная жизнь: жена, дети, карьера, деньги, уважение, квартиры. А сейчас эта мысль — она не отпускает. Она, словно темная дымка, проникает в каждую трещину моего сломанного сознания и нарастает, набирает цвет и тень, укореняясь все сильнее и сильнее.
Резко обрываю тяжелые мысли, которые теперь — неотъемлемая часть моей жизни, и, заглянув в комнату к сыну, даю понять новой сиделке, что я покидаю квартиру.
Руль — пока еще не лучшая история, поэтому беру такси и еду в сторону офиса многоуважаемого Алексея Игнатьевича.
Телефон в руках снят с блокировки, и я листаю старую переписку с Мартой. Этот ритуал, пусть и отдает мазохизмом, но так — ее эфемерный фантом вселяет в меня силы, чтобы закончить все то, что я начал. Защитить и обеспечить каждого, кто мне дорог.
