Учуял — разорвёт.
Наливаю ему водки — полстакана сразу. После такой дозы он должен вырубиться.
Я так его ненавижу. Ненавижу, как он выглядит. Как говорит. Как ест, как спит, как дышит. Всё в нём мерзко. Всё чужое.
Но выхода нет. Пашка инвалид. Я не могу работать на полную ставку. А лечить сына на те копейки, что мне платят — невозможно.
Андрей ухаживал за мной ещё со школы. Оббивал пороги моего дома. Всегда твердил: «Ты будешь моей».
Я смеялась ему и судьбе прямо в лицо.
Не стану! Я другой жизни хочу!"
"Уехала в Питер — сбежала от матери-алкоголички.
Та била меня за всё и ненавидела тихо, выжидающе. Проклинала, говорила: «Ты — вся в своего папашу. Такая же дрянь».
А мне ведь было пять, когда отец ушёл к другой женщине. Через год его не стало.
Мама не простила ему ни предательство, ни смерть. И всю свою злость, всю боль — выливала на меня.
А в Питере я впервые поняла — что такое настоящая жизнь без страха. Когда можно расправить руки — и взлететь.
А потом я встретила Его...
Гордей.
Сильный. Уверенный.
Красивый. Такой, о каком я мечтала.
Он входил в здание администрации — а я смотрела и не могла отвести глаз. Секунда — и сердце моё перестало быть моим.
Но он меня не замечал. Красавица-жена. Двое детей. Верный, как пёс. Чужой. Недоступный.
От этого — ещё более желанный.
Я не верила своему счастью, когда он впервые заговорил со мной. Когда спас меня от того жирного сального ублюдка. Когда купил мне шаверму, как последнему голодному котёнку.
Он просто был рядом.
И я бы ела из его рук всё, что он мне предложит.
Даже яд.
И то, что между нами было ночью. Как он шептал имя своей жены, а я, роняя слёзы на его грудь, сидела сверху. Я просто хотела хотя бы так… Хоть на секундочку.
Потому что знала, что другого шанса не будет.
Презерватив специально кинула у кровати, чтобы лишнего не надумывал. Родить от него хотела. Чтобы мой был.
Получилось с первой попытки. Жизнь вообще интересная штука: у кого-то за много лет в браке не получается завести ребёнка, а у меня получилось.
Вот так — нагло и беспринципно, но получилось.
Потому что я верила, что он мой. Он — самый лучший и любимый. И что между нами не может быть просто эта нелепая ночь с её именем на его губах. Должно быть что-то большее.
И получился Паша. Тоже особенный.
Я знаю, что это было почти молниеносное наказание мне. За совершённое преступление. За то, что пошла против человеческих устоев и против Бога. Но если бы я могла повернуть время вспять, я бы всё равно так поступила.
