Есть вариант, — делает паузу, томно вздыхает, даже в этом напоминая свою мать, — Если ты захочешь, чтобы мы были семьей, то, я могу постараться. Я все еще люблю тебя…
— Ты не знаешь, что эти слова значат. Катись на все четыре стороны, и никогда не смей приближаться к дочери, — Влад обрывает вызов.
Откидывает телефон. Идет в комнату к своей дочери. Любуется на ее умиротворенное, спящее личико, она даже не представляет, что родная мать только что от нее отказалась.
— Мия, я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Обещаю.
Я стану самым лучшим отцом.
Этот поступок придает сил, и заряжает оптимизмом. Еще все у него будет. Жизнь продолжается, и он ценит каждое ее мгновенье.
Леонид
— Даже не думай, я тебя никуда не отпущу, — хватаю свою жену, и заваливаю снова на постель.
— Ты ненасытное животное! — смеется.
Как же я обожаю ее смех. Он особенный. Предназначен именно для меня. Больше ни для кого он так не звучит, мелодично, чувственно, возбуждающе.
Моя жена… я до сих пор не верю. Свадьба была три дня назад, и сейчас я на правах мужа наслаждаюсь медовым месяцем с женщиной, которая мне дарована свыше.
Мы улетели на острова, я снял отдаленное бунгало, так чтобы никто не смог нарушить нашей идиллии."
"Оля мне понравилась с первого взгляда. Именно поэтому я стал так рыть ее историю. Хотел помочь. Хотел быть ближе. Мне постоянно ее не хватало. И чем больше узнавал, тем сильнее восхищался. История Ольги, меня зацепила, задела в душе то, что я давно считал мертвым. Она пробудила во мне чувства, когда хочется сделать невозможное, лишь бы увидеть радость в ее глазах.
Хоть я и понимал, что она не готова. Она еще не отпустила прошлые отношения. Она еще не насладилась свободой и не осознала, чего стоит в этой жизни. Я чувствовал ее, как никогда и никого. Все ее желания, перепады настроения. И еще понимал — не могу отпустить. Она мне нужна.
Эта была какая-то особая связь. Она не поддавалась логике, описанию, у меня просто была жизненная потребность быть с ней рядом.
Работу я предложил не только поэтому.
Я реально видел потенциал и был в ней уверен. Я хотел, чтобы она добилась высот. Она этого заслуживает.
Горжусь, что моя женщина самодостаточная, сильная, и в тоже время, может быть невероятно чувственной и ранимой.
А какая она сладкая… какие у нас ночи… Забываешь про возраст. Ей просто невозможно насытится. И вот три дня мы практически не вылезаем из постели.
— Оль, а разве тобой можно насытится, — целую ее в шею, и ниже, ниже, губами по сладкой коже.
