Кто же знал, что он магический и любая рана от него — это верная смерть? Я лежала у него на руках и просто смотрела, как из меня вытекает магия и жизнь, а я ничего не могу сделать. Знаешь ли ты, каково это — ощущать себя полностью беспомощной? Осознавать, что ты сама все это сделала и теперь умираешь?
— Мне жаль.
— Не стоит меня жалеть. Ведь вместо своей никчемной магии я получила гораздо больше. — глаза Иветты озаряются тусклым сумасшедшим светом.
— Что же было потом?
— Появился Зандер. Они спорили о чем-то.
Леандр говорил, что я не могу умереть, Зандер ему возражал, указывая на клинок. У них были такие скорбные лица, когда они держали меня за руки, я почти прониклась, — ведьма хохочет, но улыбка резко пропадает с ее лица.
— Я ушла за грань, но странное дело, не умерла. Меня будто протащило по дороге вечности по всем ухабам, а потом выплюнуло назад. Хотя я не хотела возвращаться! Там мне было хорошо! Очнувшись, я поняла, что лежу на коленях у Леандра, живая и абсолютно здоровая.
Зато он почему-то выглядит как мертвец и по-прежнему сжимает мою руку.
— А Зандер? — спрашиваю я, хотя уже, кажется, знаю ответ. Драконы отдали слишком много сил и магии, чтобы спасти девушку. Медальон ей помог, но она успела ступить на тропу вечности и заразилась тьмой.
Вернувшись, черный дракон отправился к себе, чтобы живой артефакт его подпитал. Леандр остался и с ней и, судя по всему, не рассчитал силы и отключился.
— Понятия не имею, — ведьма пожимает плечами. — Я тогда просто сбежала из дворца, решив, что король мертв.
Клинок прихватила с собой — надеялась продать и выручить за него кругленькую сумму, но потом передумала.
— И все же я не понимаю. Ты испугалась, это понятно. Но почему не вернулась, когда узнала, что Леандр жив? Могла бы отдать ему клинок, получить обещанные деньги и жить счастливо...
— О, разве я тебе не сказала? — Иветта изгибает губы в чудовищной улыбке. — Поход за грань для всех проходит по-разному, там время течет иначе. Драконы слишком долго живут, на их внешности это никак не отразилось, а я из молодой девушки превратилось в это жалкое существо, постарела на десять лет, стала на себя не похожа.
Даже лицо чужое.
Она прикладывает пальцы к своей коже и с ненавистью скребет по ней ногтями, словно пытаясь содрать с себя. Меня начинает мутить. На мгновение кажется, что я действительно вижу под ней совершенно другую Иветту — юную девушку с пышными рыжими волосам и тонкими чертами лица.
