Догадываешься, что было дальше?
— Тьма услышала ее, — шепчу я пораженно.
— Верно. Твоя мать наградила тебя при рождении тем, что вы, смертные, называете природной тьмой, хотя она ни что иное, как часть тьмы первозданной. Твоя бабка догадывалась об этом, поэтому и повезла тебя к верховной. Они провели ритуал сокрытия. Глупцы!
Тара вдруг оказывается в воздухе, прямо передо мной. Ее волосы развеваются, хотя ветра нет, за спиной раскидываются огромные мерцающие крылья, которые будто сотканы из мрака. Глаза сияют во тьме ярче звезд.
Она жуткая и прекрасная одновременно, и больше чем когда-либо похожа на божество. Откуда-то я знаю, что ее истинный облик — вовсе не юной девы с черными волосами.
— А мама? — все же рискую спросить я, хотя мне очень страшно. — Ведь она все это сделала ради меня.
— Нет! — богиня опасно сверкает глазами. — Она выбрала наиболее легкий путь, и за это я ее наказала. Дала шанс стать сильной, чтобы переродиться вновь.
От ее ответа веет недосказанностью. Разве призрак может как-то искупить свою вину? У него ведь даже нет тела.
— Ты ведь мне не все рассказала?
— Конечно, нет, Лорана. Лишь то, что тебе нужно знать, — доносится до меня холодный голос божества.
— Я дам тебе право выбора — это будет мой последний дар. Ты можешь вернуться в далекое прошлое, когда была совсем дитя. Можешь вернуться на пять лет назад, когда только повстречала Зандера. Или в момент, когда хотела сообщить ему о беременности. Это три поворотные точки. Теперь ты держишь нити судеб в своих руках.
Смотри же, не ошибись. Другого шанса у тебя не будет.
Я понимаю, что ее терпение закончилось, хотя у меня еще так много вопросов! Что представлял из себя третий дар богини, это был еще один медальон? У кого он оказался? Как Зандер и Леандр оказались за гранью и о какой девчонке они говорили?
И пожалуй, главный вопрос, который терзает меня: если не тьма пыталась убить меня, получается, это Зандер?! И в академии, и в своем особняке это был он?
«Богиня! — хочется в отчаянии воскликнуть мне.
— Как тут вообще можно что-то выбрать!» Вот только я и так нахожусь перед ней, так что обращаться мне не к кому, разве что внутрь себя.
Что я и делаю. Думай, Лорана, думай!"
"Если я вернусь в прошлое, то окажусь девочкой лет пяти-шести. Хочу ли я вновь увидеть бабушку, обнять ее? Очень! Но что может ребенок, даже если богиня оставит мне память? Бабушка мне просто не поверит. C сожалением я отметаю этот вариант.
