Мне вас рекомендовали, как самого… Нет, не хорошего, а топового доктора. А месячные… Вот здесь все написано, в карте. Я была на приеме в районной поликлинике, – брезгливо морщится она. – Сами понимаете для какого она контингента…
Красивая девушка, холеная, хорошо одета… Кофточка нарядная, макияж вечерний. Складывается впечатление, что Амалия шла на торжество, но случайно забрела в нашу клинику…
– Интересно, и для какого? – не сдерживаю любопытство я.
– Я привыкла к самому лучшему, Варвара Андреевна. Мне, слава богу, повезло с мужчиной – он оплачивает все мои хотелки.
И наблюдаться в вашей клинике ему тоже по карману…
– Редкость в наше время, – беспардонно бросает Иринка, заполняя карту Амалии.
– Идемте в смотровую, – киваю я, жестом указывая направление.
Беременность восемь недель. Осматриваю Амалию, не выявив никаких отклонений. Ее новенький айфон в кислотно-розовом чехле (под стать кофточке) вздрагивает, когда я касаюсь ее живота датчиком аппарата УЗИ.
– Да, Юрочка, – щебечет она, а у меня внутри все будто в узел скручивается.
– Скоро буду, милый. И у меня сюрприз. Не могу говорить, милый. Конечно, котик, да…
Наверное, у меня галлюцинации, мамочки… Незнакомый Юра что-то отвечает, а его голос, доносящийся из динамика, кажется до чертиков знакомым…
Такого ведь не может быть, ведь так? Это все усталость… Острое восприятие слов капризной девицы, привыкшей к «самому хорошему»…
Знала бы она, на что я в свое время была готова, чтобы забеременеть… И где только не обследовалась… Обивала пороги лучших больниц, даже, к своему стыду, к бабкам-колдуньям ездила, но чуда не случилось…
Детей у меня нет.
Но есть Катюша – дочка Юры. Катенька, Котёнок… Та, кого я люблю всем сердцем и воспитываю, как родную.
Ну, в самом-то деле… Чего это я приуныла? Все у меня хорошо… Знаете, как пишут в дурацких статусах? Любимая жена и счастливая мама…
– Все в порядке, Амалия. Плод развивается в соответствии с нормой. Держите снимок. Можете подарить своему супругу, он будет рад, – улыбаюсь, мысленно прогоняя охватившее меня странное волнение.
– Да не муж он мне пока. Надеюсь, сегодня он поставит все точки над i… Бросит свою старую калошу. Знаете, как бывает? Мой папа работал на заводе и всегда говорил, что истрепавшуюся деталь нельзя починить. Ее можно только выбросить.
Противный ком скапливается в горле, перекрывая дыхание… Как можно так выражаться о другой женщине, не понимаю? Или Амалия верит в собственное бессмертие? Вечную молодость? Наивная.
