Два месяца назад
— Даниил Антонович, там…
— Что «там», Инна? — устало тру глаза, сажусь на диване.
Я сегодня задержался до ночи и решил, что смысла ехать домой нет. В кабинете вполне поспать можно. Если дадут, конечно.
— Скорая там, Дан, — Инна заходит, прикрывает дверь. — Но ничего срочного. Может, ты ещё отдохнёшь? Хочешь, я тебе массаж сделаю?
— Нет, — отвожу от себя её руку, девушка надувает губы."
"Встаю, ругнувшись про себя. Вот знал же, что нельзя нарушать свои принципы. Никогда не спал с коллегами по работе.
Но… с Инной вышло по-другому. И не то чтобы она навязывалась. Просто я, видимо, устал от одиночества… Не оправдание, конечно. И всё равно противно. Надо закончить это поскорее.
— Пойду посмотрю, что там по скорой. Проверьте, пожалуйста, реанимацию, Инна Дмитриевна. Мало ли что.
Быстро выхожу из кабинета, спускаюсь в приёмный покой.
— Что тут у вас? — подхожу к дежурной медсестре.
— Да вот, Даниил Антонович, — она протягивает мне листок, смотрит почему-то виновато.
Ах, зараза! Ну и кто ко мне притащил сюда этого чёртового бомжа, которого во всех больницах знают?!
Кидаю взгляд на подпись внизу и на секунду впадаю в ступор.
Не может… этого быть… это же…
— Агния?!
Жадно рассматриваю бледную, с тёмными кругами под глазами, сердитую девушку. Ягнёночек… Я стал называть её так ещё тогда, несколько лет назад. Агния — агнец — невинная…
Я с точностью до дня могу сказать, когда мы виделись последний раз. Три с лишним года прошло. Она похудела. И в глазах нет того огонька, который сводил меня с ума.
Что с ней случилось? Почему скорая? Она ведь замужем… была? Но кольца на руке нет. Хотя для врачей это не показатель, кольца мешают.
Вопросы, вопросы, вопросы…
Все эти годы я сравнивал с ней всех своих женщин. У этой не такая улыбка. У той не такие волосы. У третьей не такие глаза. Они все были — не те. Они все были — не Агния. Да, наверное, у меня не всё в порядке с головой. Не знаю.
Однажды я уже взял на себя всю вину — по собственной воле превратился в её худший кошмар, но это был единственный в тот момент способ не дать никому другому причинить ей вред.
А потом отпустил. И теперь решаю, что терять мне уже нечего.
Я должен попытаться ещё один раз.
Наше время
День выдаётся уж очень суматошный. Я немного расслабляюсь только под вечер. Отодвигаю от себя ворох документов и прикрываю глаза, откидываясь на кресле. Агнию вызвали в другое отделение на консультацию, она должна скоро вернуться, и можно будет ехать домой.
