После душа, во время которого я довел ее пальцами до очередного оргазма, я сменил простыни и уложил ее обратно в кровать. Усталая и удовлетворенная, она без пререканий позволила мне с собой возиться – я укрыл ее одеялом и убрал волосы с лица.
– Желание номер четыре. И не говори, что я никогда ничего для тебя не делал, – поддразнил я.
Бриджит умудрилась зевнуть и рассмеяться одновременно.
– Желание номер четыре, – сонно пробормотала она, – это было идеально. – Она моргнула, и в голубых глазах промелькнула грусть.
– Я бы хотела остаться здесь с тобой навсегда.
Мое сердце сжалось.
– Я тоже, принцесса. – Я подарил ей еще один поцелуй, самый нежный за ночь, и попытался запечатлеть ее вкус в своей памяти.
Когда она заснула, какое-то время я сидел и смотрел, как она спит, – чувствовал себя полным дураком, но не мог отвести взгляда. Ее грудь ровно вздымалась и опускалась, а на лице играла легкая улыбка. Она выглядела удовлетворенной впервые за последние недели, и я пожалел, что не в моих силах продлить этот момент навечно, как она хотела.
Все, что мы сделаем, останется здесь. В этой комнате, этой ночью. Мы больше никогда об этом не заговорим.
Мое правило. Ему нужно следовать, потому что Бриджит – не просто моя клиентка. Она будущая королева Эльдорры, что означает кучу сложностей и ненавистных заморочек, с которыми я ничего не мог поделать.
Я окинул ее взглядом в последний раз, запоминая каждую деталь, а потом собрался с силами и ушел.
Желание номер четыре.
Чего бы ни говорило и ни желало мое сердце, сегодняшний вечер был исполнением ее желаний.
И не более.
Глава 20
Бриджит
На следующее утро я проснулась с улыбкой, несмотря на боль. Я давно не просыпалась в таком хорошем настроении, и мне потребовалась минута, чтобы вспомнить причину.
Начали возвращаться обрывки прошлой ночи – сначала медленно, потом все сразу, – и я покраснела, вспомнив непристойности, которые говорила и делала в этой самой комнате.
Но улыбаться не перестала.
Нужно чаще составлять списки желаний.
Я ненадолго задержалась в постели, не желая прогонять мечтательную дымку, но впереди ждал переезд в Нью-Йорк, и нужно было скорее вставать.
Поднявшись, я обнаружила, что моя одежда для путешествия разложена на комоде, а в комнате безупречный порядок. Ни обуви на полу, ни бикини на стуле, ни косметики на туалетном столике.
Видимо, Рис закончил сборы за меня. Я так утомилась, что даже не слышала.
