Стефан глубоко вздохнул.
– Когда я познакомился на балу в честь дня твоего рождения, я искренне хотел быть с тобой, – сказал он. – Ты прекрасна, но потом в Преории… она ухаживала за мамой, пока та выздоравливала. В доме были только мама и мы, и я сам не заметил, как постепенно…
– Влюбился, – закончила я.
Он слегка улыбнулся.
– Неожиданность для нас обоих. Сначала мы терпеть друг друга не могли. Но да, я влюбился. – Улыбка исчезла. – Отец все узнал и пригрозил не только лишить меня наследства, если я не разорву отношения, но и сделать так, что Малин больше никогда не найдет работу в Эльдорре.
А он слов на ветер не бросает. Не когда на кону отношения с королевской семьей. – Стефан провел рукой по лицу. – Прости, Бриджит. Я понимаю, это крайне неуместный разговор, учитывая нашу договоренность…
– Все в порядке. Я понимаю.
Лучше большинства людей.
– У меня было чувство, что ты поймешь.
Я спросила о том, что не давало мне покоя с нашей встречи в отеле:
– Если вы были вместе, почему она подтолкнула тебя пригласить меня на свидание?
В его глазах мелькнула печаль.
– Отель был местом нашей последней встречи, – сказал он. – Отец вернулся в Преорию и ее уволил, поэтому нам пришлось отправиться куда-нибудь, где мы не… где мы могли побыть наедине. Она знала о тебе и о том, чего хотел отец. Таким образом она меня отпустила.
Я попыталась представить, как толкаю другую женщину в объятия Риса, и содрогнулась от одной мысли.
Я едва знала Малин, но чувствовала ее боль.
– Мне жаль.
– Мне тоже.
Мы помолчали, а потом Стефан откашлялся и встал.
– Но мне нравится твое общество, Бриджит. Мы подходим друг другу.
Я печально улыбнулась:
– Да. Спасибо, Стефан.
Он ушел, а я осталась сидеть в кабинете, глядя на стопку писем, королевскую печать и календарь на стене.
Три недели до предложения.
Шесть месяцев до свадьбы.
Девять месяцев до коронации.
Я уже могла все представить. Платье, церковь, клятва, тяжесть короны на голове.
Я зажмурилась. Стены давили со всех сторон, и кровь ревела в ушах, заглушая все прочие звуки.
"
"Я привыкла к мысли, что стану королевой. Отчасти даже предвкушала возможность принять эту роль и исполнить ее уже в двадцать первом веке. В монархии так много устаревших, бессмысленных обычаев.
Но я не ожидала, что это случится так скоро, и не ожидала, что это случится без Риса – хотя бы в качестве моего телохранителя.
Суровый и спокойный, угрюмый и заботливый. Моя скала и якорь во время шторма.
Дыши, принцесса. Ты будущая королева.
