Еще неизвестно, кто кого потряс новостями. В любом случае, Виктору с его очередной пассией сегодня будет не до романтики.
Всхлипывая от пережитого оскорбления, Маруся перезвонила Ларисе.
– Плюнь и забудь. Любит он тебя, не морочь себе голову. Ты пойми, у мужиков все просто: никаких чувств, сплошная физиология. Кто юбку задрал, тому и обещают райские кущи. Возвращаются-то они всегда к жене. Завтра на пузе приползет, помяни мое слово. Все они столуются по месту прописки. Кстати, не вздумай взбрыкивать, он у тебя прописан, если что, выдрать его из своей памяти ты сможешь только с куском квартиры.
Не стоит он таких жертв.
Когда на следующий день вечером Виктор явился после работы как ни в чем не бывало, разразился жуткий скандал. Маруся орала, кидалась в него всем, что попадало под руку, и, наконец, загнав мужа в ванную комнату, где он благополучно закрылся, высказала все свои соображения по поводу их семейной жизни.
Повторилось все то же самое, что было после памятной встречи Нового года. Только с двумя небольшими нюансами.
С одной стороны, теперь супруги находились в разных весовых категориях, и Виктор побаивался мощного Марусиного напора, а с другой, несмотря на все угрозы, Маруся уже не смогла бы уйти от него, поскольку разводиться накануне родов стало бы верхом глупости. Если уж она и решилась бы на подобный шаг, то пара месяцев погоды не сделают. Подать заявление можно и позднее. Кроме выплеска адреналина и освобождения от отрицательных эмоций, никакой иной смысловой нагрузки эта ссора не несла.
Попинав дверь и огласив подробный список мужниных проступков, украшенный яркими эмоциональными характеристиками как супруга, так и его ближайших родственников и подруг, Маруся поостыла. За дверью была тишина. Она поскреблась и, не получив ответа, навалилась на дверь всем телом. Косяки угрожающе заскрипели.
– Э, – ожил супруг, – сейчас дверь сломаешь! Чего делаешь-то, корова! Кто чинить потом будет?!"
"На «корову» Маруся обиделась. Мысленно она все еще воспринимала себя стройненькой и гибкой.
Подсознание отказывалось мириться с действительностью. То, что отражалось в зеркале, походило на шарж и выглядело неправдоподобно. Этого просто не могло быть. Свое нижнее белье Маруся давно прятала в дальнем углу шкафа, на виду оставались хорошенькие лифчики и трусики из добеременного периода. Помня реакцию мужа на фиолетовый «шедевр», Маруся решила не рисковать. Иногда у нее появлялась мысль, что по габаритам она уже давно обогнала свою предшественницу.
